Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Камера вылетает из моих рук, и я даже не ощущаю физической боли, а только пытаюсь не разреветься после того, как до моего слуха долетает скрежет и бьющееся стекло.

– Прости… прости. Я задумался и… прости, – парень быстро поднимается с меня, запрыгивая на велосипед, и бросает меня, лежащую на земле и с разбитой камерой рядом.

Я сажусь, собирая осколки, и всё же слёзы, скопившиеся за весь день, скатываются по щекам. Обида на отца, на Ника, моя безответная любовь, тупик… везде тупик. Даже с ним. И я одна. Словно это не камера разбилась, а что-то серьёзней и внутри меня.

Ведь сейчас я уже жалею… чертовски жалею о том, что вчера так повела себя. Я поступила ужасно по отношению к самой себе, а сейчас… чувствую себя настолько униженной, что только и успеваю смахивать слёзы. Я нахожусь в непонимании его поведения. Почему он пропал? Почему даже не объяснил ничего? Почему я заставляю себя испытывать отвращение к самой себе? Но его нет! Нет!

Не знаю. И от этого становится мрачнее, мне ничего не остаётся, как брести к машине и сложить всё, что удалось собрать от фотоаппарата, в сумку.

Может быть, я смогу починить его?

Мне кажется, что день сегодня не задался с самого утра. Словно я расплачиваюсь за то, что вчера была счастлива.

Припарковав машину у дома, я вылезаю из неё и неторопливо иду к входу, смотря себе под ноги и пиная камушек.

– Мисс Пейн, – меня окликает знакомый голос, и я оборачиваюсь, а сердце уже набирает обороты от одного пришельца из его жизни.

– Майкл… что вы тут делаете? Где Ник? – Прочистив горло, нервно спрашиваю я.

"– Он немного занят, но просил вам передать вот это, – мужчина указывает на несколько пакетов в его руках.

Душа поёт от счастья, ведь это одежда. И это означает, что у нас будет выход куда-то. А я дура уже придумала столько себе, всё оказалось проще. Ник честен, пора бы это уже запомнить. Он не трус, не убежит от меня, не объяснив своих решений.

– Спасибо, – беру пакеты и, улыбаясь своим мыслям, несусь домой.

Как же хорошо, что мой разум вовремя включился, и я не совершила глупость заявиться к нему и показать, какой истеричкой он меня сделал.

Иначе бы чувствовала себя маньячкой. Хотя такая и есть. Я помешалась на Нике и своих переживаниях. И теперь, крепче сжимая в руках пакеты, я готова прыгать от радости.

Зайдя в квартиру, не обращая внимания на приветствие Лидии, поднимаюсь к себе и бросаю свою ношу на постель.

Так, теперь надо решить с Марком, ведь он обещал меня прикрывать.