Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Раны имеют свойство исчезать, а вот внутри, – он с такой силой ударяет себя кулаком по груди, что я подаюсь вперёд, боясь, что сломал себе он грудную клетку. – А вот внутри ничего не исчезнет.

– Объясни мне, пожалуйста, что произошло. Я думаю, смогу тебе объяснить, – предлагаю я.

– Объяснить? – Он закрывает глаза и смеётся, а затем резко подхватывает газету с журнального столика и швыряет ею в меня. Она попадает по лицу, и я вздрагиваю от неожиданности и неприятной боли.

– Хороший же ты сюрприз мне подготовила, стерва, – ядовито добавляет он.

Газета падает на пол, но я опускаюсь за ней и поднимаю её, сжимая в руках. Страх о том, что отец не оставил его в покое и меня, дав какую-то новую статью в утреннюю газету, заставляет меня сбить дыхание. Ник перестаёт смеяться, складывая руки на груди.

– Читай вслух. Теперь я хотел бы услышать это из тех уст, которые предали меня, – его голос дрожит от ярости, а я сдвигаю брови, хмурясь от его слов.

– Я…я не предавала тебя, Ник…

– Мать твою, Николас! Не смей иначе называть меня! Читай! – Он так громко кричит, что это отдаётся звоном в ушах и быстро бьющимся сердцем в груди.

Мои руки дрожат, когда я раскрываю газету. Моментально я чувствую, как миллион ледяных иголочек впилось в мою кожу по всему телу, а душа ушла в пятки. Я смотрю на фото, наше фото с Ником, которое сделала сама и оно помещено на главной странице газеты с заголовком «Лживая партия».

– Читай, – сквозь зубы цедит Ник, а я не могу оторвать глаз от нашей фотографии.

Нет даже вариантов того, как она попала сюда. Как?

– Торонто сам по себе очень специфический город, таящий опасность и сладчайшую жизнь. Каждую неделю мы посвящаем тому или иному представителю нашего замечательного города. И сегодня у нас есть эксклюзивная информация, которая взорвёт сознание каждого из нас. С нами поделилась ею прекрасная и многим знакомая представительница элиты нашего города – Мишель Пейн, родившаяся и проживающая здесь по сей день, – замолкаю, вновь перечитывая абзац.

Поднимаю голову на смотрящего на меня лютым волком Ника.

– Я…я ничего не давала… не давала, – заикаясь, произношу я, но он сжимает губы сильнее, приказывая мне этим действием заткнуться и продолжать делать то, что он сказал ранее.

Сглотнув неприятный ком, образовавшийся в горле, я делаю глубокий вдох."

"– По фотографии, которую с радостью нам прислала мисс Пейн, мы можем заметить редко появляющегося в высших кругах, да и на мероприятиях – Николаса Холда.