Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Готов ли ты пережить это, ощутить своей кожей каждое прикосновение лезвия или же твои слова напрочь лживы? Готов ли ты видеть её глаза, напуганные и с сумасшедшим блеском? Готов ли ты каждую ночь успокаивать её, слышать крик страха и знать, что она живёт даже во сне в кошмаре? Готов ли ты получить за неё миллион ударов от самого себя? Готов ли ты знать, что она уйдёт от тебя, когда узнает лучше, но ты продолжаешь идти к ней, потому что она твоё солнце? Готов ли ты к этому?

Я замираю с удивлением и появившейся в груди теплотой смотрю на Ника во все глаза, но он опускает голову, кривясь от своих же слов.

– Нет. Я отвечу за тебя, Марк. Ты не готов к этому, потому что не знаешь, как противостоять всей боли, скопившейся в ней. Я не из тех людей, которые кричат о своей значимости, и таких презираю. Не заставляй и тебя презирать, Марк, потому что ты мне нравишься, – Ник поднимается со стула и глубоко вздыхает, переводя взгляд на меня, совсем уже не понимающую, как, вообще, такое может происходить со мной, как я ещё дышу и наблюдаю за этой сценой.

– Ты уходишь? – Сдавленно спрашиваю я, а губы снова дрожат от новой порции слёз.

– Да, Мишель, ухожу. Ведь приехал я сюда не для того, чтобы забрать тебя. Нет, я не имею на это права больше, – он наклоняется ко мне, проводя внешней частью пальцев по дорожке от слёз. Так нежно. Так сладко. Так страшно. Словно прощается со мной.

– Имеешь, – шепчу я, но он качает головой, мягко улыбаясь мне и наклоняясь ниже, оставляя поцелуй на макушке."

"– Нет, больше не имею, потому что ты взрослый человек.

Только и я взрослый, не собираюсь делить песочницу. Ты вольна поступать так, как пожелаешь. Майкл будет ждать тебя снаружи, если ты решишь начать самостоятельную жизнь. Без любого внедрения в неё. Моя ошибка в том, что я слишком сильно привязался к тебе, и слишком боюсь потерять. Но и для меня это неприемлемо больше. Ревность… я не хочу дружить с ней, потому что демон становится сильнее меня. Я начал бояться боли, которую возносил до небес. И я не могу больше знать, что ты плачешь из-за меня.

Но, пожалуйста, защити хотя бы сама себя и не для меня, а только для себя. Не смей идти к нему в лапы. Я дарю тебе независимость, которую ты жаждала получить, крошка. Прости меня за то, что мне всегда будет требоваться время для раздумий, а ты не умеешь ждать, – шепча, прижимается к моему виску своим, а я закрываю глаза, из которых продолжают катиться слёзы. Мне страшно от осознания его слов. Мне больно от его нежного голоса.