Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Ожидая важных сведений, стражники дали ему бумагу, на которой он написал только следующее: «Я ничего не имею вам сказать и не сказал, что я был виновен. Страха я никогда не знал, и вашими угрозами вы ничего от меня не добьетесь»."

"На другой день Латреомон умер, а еще через день были арестованы и заключены в Бастилию ден Энден, Вильгельм де Прео и маркиза де Виллар. Ван ден Эндена, с которым король приказал обходиться с наибольшей суровостью, на приманку о королевском прощении поймать было нельзя, так как с самого первого дня он был уверен, что его казнят, и поэтому не рассчитывал ни на какую милость.

Одним из доказательств вины заговорщиков послужила копия договора, заключенная ими с де Монтере, по которому тот обещал заплатить им 100 000 ливров. Он также обязывался предоставить им пансион в Испании и в последних строках договора желал де Рогану успеха в исполнении «сего великодушного намерения, которое… он приял для общего блага и спокойствия целой Европы».

Кавалер де Прео на допросах не назвал ни одного участника заговора, а маркиза де Виллар признала только восемь писем, которые писала своему возлюбленному.

Сначала на все вопросы шевалье де Роган отвечал, что не понимает, о чем идет речь и что ему нет дела до мнимых обвинений и разоблачений. Смерть Латреомона могла бы спасти жизнь шевалье, так как свидетельств его сношений с ден Энденом, кавалером де Прео и маркизой де Виллар не было, к тому же не нашли ни одного собственноручно написанного им документа. Поэтому назначенная для расследования дела комиссия была в большом затруднении, хотя некоторыми показаниями причастность де Рогана к заговору как будто бы подтверждалась.

Однако не было ни малейшего указания на то, что к исполнению заговора уже приступили.

Людовик XIV пришел в ужас от того, что ничего не удалось открыть. К тому же королю донесли, что друзья де Рогана действуют весьма энергично, и решили во что бы то ни стало дать ему знак о смерти Латреомона. В одну ночь часовые, стоявшие вокруг Бастилии, вдруг услышали заунывные голоса, которые повторяли: «Латреомон умер… Латреомон не выдал никого».

Это повторялось несколько ночей подряд, но де Роган ничего не слышал, так как стражники нарочно производили шум в его камере.

Один из членов комиссии пообещал де Рогану от имени короля прощение, если тот сам во всем чистосердечно признается. В некоторых источниках говорится, что это была лишь хитрая уловка, однако шевалье де Роган поверил в нее и сообщил о своих связях с Латреомоном.