Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Церковь даже была уверена, что религия найдет условия мирного существования с системой Н. Коперника. Все князья церкви были „за“ союз с наукой, если она будет служить только практическим целям, не покушаясь на высшие истины Священного Писания. Галилей же был убежден в обратном, но пока обе стороны не подошли к общемировоззренческим проблемам, и ученый покинул Рим с надеждой на мирное разрешение конфликта с церковью в будущем. Однако именно в дни пребывания ученого в Риме инквизиция завела на него дело, о чем ему, конечно же, не было известно.

Но вскоре из-за развернувшейся во всю мощь деятельности Г. Галилея условия мирного существования гелиоцентризма и религиозной картины мира оказались под угрозой. Ученый навел свой телескоп на небо, и оказалось, что Млечный Путь — это не место соединения двух небесных полушарий, а скопление звезд; в созвездии Ориона, где глаз человека насчитывал всего 8 звезд, их оказалось 80; у Венеры он обнаружил фазы, свидетельствующие о ее движении вокруг Солнца.

Да и само светило, считавшееся по Аристотелю чистым и непорочным, Г. Галилей „оскорблял“, указав на его несовершенство. Небо тоже считалось неизменным, а ученый вдруг увидел в свой телескоп звезду, которая некоторое время была видна, а потом исчезла. Одно за другим приводит ученый доказательства в пользу верности учения Н. Коперника. В ответ богословы заявили, что открытия Г. Галилея противоречат Священному Писанию: число планет не может быть более семи. К тому же всем известно, что именно число семь символизирует совершенство: за семь месяцев формируется человеческий зародыш, седьмой кризис является решающим в ходе болезни, семь отверстий имеет голова человека и животных… Да и Бог сотворил именно семь планет: две благодатные (Юпитер и Венеру), две вредные (Марс и Сатурн), два светила (Солнце и Луну) и одну безобразную планету — Меркурий.

"Когда вопрос о движении Земли стал предметом богословских дискуссий, Г. Галилей не мог больше молчать. Так появилось его „Письмо к Кастелли“ — монаху-бенедиктинцу.

Начиналось оно с утверждения, что, конечно, Священное Писание не может ошибаться, но это не исключает возможности его ошибочного толкования. И ученый предлагает остроумное истолкование библейского сюжета о том, как Иисус Навин остановил солнце, чтобы продлить день. Г. Галилей показал также, что эту легенду при соответствующей интерпретации можно рассматривать как подтверждение идеи о движении Земли.