100 великих узников читать онлайн
- Жанр: Знания и навыки, Учебная и научная литература, Гуманитарные и общественные науки
- Рейтинг: 0 баллов
- Мнений: 0 мнений
- Просмотров: 0 чтений
Текст книги
Это, естественно, затрудняет восстановление целостности учения Протагора не только в полном объеме, но и по отдельным вопросам.
Протагор был первым в Греции философом, который стал учить за плату, из-за этого он даже вел судебный процесс с одним из своих учеников. Богатый юноша Эватл хотел научиться судебному красноречию и заплатил Протагору столько, сколько тот потребовал. Половину денег он отдал сразу же, а вторую часть договорился отдать в тот день, когда блестяще выиграет свое первое дело. Эватл долго был спутником и слушателем Протагора, многому у него научился, но к самостоятельному делу все не приступал.
Объясни мне, глупый юноша, который из двух способов приведет к тому, чтобы ты удовлетворил мой иск. Решение суда будет или «против» тебя, или «за» тебя. Если «против», то плата должна следовать мне по существу дела, так как я окажусь победителем.
На это Эватл ответил: «Я мог бы идти навстречу этой твоей двусмысленной уловке, не выступая с речью сам, а призвав на помощь другого защитника… Но для меня будет больше удовольствия, если я выйду победителем не только в процессе, но и в доказательствах. Объясни же и ты мне, мудрейший учитель, какой из двух способов приведет к тому, что я не удовлетворю твоего иска.
"Судьи решили, что слова обоих малопонятны и сомнительны и, чтобы не высказаться в ту или другую сторону, решили затянуть дело. Этот процесс в науке тоже считается вымыслом, но он является прекрасным образцом греческой софистики.[6] [Слово «софист» в Древней Греции имело разные значения Софокл, например, называет так изобретательных людей, Эврипид в своем сочинении «Ипполит» употребляет его в значении «хитрец» К концу V века до нашей эры слово «софист» даже становится синонимом слов «клеветник, болтун, фокусник».
Под конец жизни счастье изменило Протагору: это случилось после того, как один из учеников обвинил его в вольнодумстве.
Поводом послужила «Книга о богах», в начале которой философ написал: «Относительно богов я не могу знать — есть они или их нет.