Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Максим закрывает дверь и для верности загораживает ее спиной. Отсекает пути к спасению.

Да по фигу! Я никуда и не собираюсь!

Я просто вне себя от злости! Уже все придумала — что он страдает по своей бывшей, как они воссоединяются в объятиях друг друга наконец-то! Что я им мешаю и все такое. А он… просто ебет секретаршу в воскресенье, в конце дня?!

Последнюю фразу выдаю вслух.

— Она не секретарша. Аня, блядь. — Максим устало трет виски. — Я вымотан, у меня дел до жопы, объемы пиздец, — указывает на стопки бумаг.

— У моего секретаря, Марии Александровны, тридцать лет трудового стажа. Даже если бы я спятил и решил ее выебать, ей было бы некогда. Мы не в кино находимся, в реальной жизни никто не трахает своих секретарей.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Я трясу руками в немой истерике.

— Ее зовут Ада! Вспомнила!

— Она из отдела кадров. Не секретарша. Не моя.

— Да какая разница! Ты трахаешь ее в свободное время у себя в кабинете!

Хватаю очередную папку, когда Максим подходит и ловит меня за руку, останавливая.

Наши глаза встречаются, и видно, что уголь у него внутри раскалился до предела. Мужу или надоело извиняться, или я перегнула… Он тоже в ярости. Сжимает зубы, выдергивает из моих рук папку и… сам швыряет ее на пол.

— А кого мне трахать, милая, в свободное время в своем кабинете, если моя жена на меня даже не смотрит?

— Тупую девицу из отдела кадров! — подсказываю. — С большими сиськами!

— Да хоть бы и ее! Мне, блядь, некогда скакать по клубам в поисках телок.

Ты не видишь, сколько у меня работы?! Я домой приползаю! Хоть бы раз встретила и обняла, спросила что-то! Тебе плевать на мои дела, на мою жизнь и на мой член. Извините! Есть те, кому не плевать. — Макс психует. — Их, поверь, тысячи! Только пальцами щелкну — прибегут.

Я моргаю. Вот это да. Он типа… хвастается сейчас?

— Вот и трахай их всех.

— И буду, не сомневайся.

— Козлина."

"— Аргументируй. Девочка. Свои постоянные оскорбления, — цедит сквозь зубы.

— Сам сказал, что у тебя жена есть, — выдаю я на одном дыхании. — Живая и здоровая.

Секунду мы пялимся друг на друга как голодные звери. Молча. Агрессивно. Потом Макс моргает, чего, признаюсь, не хватало. А то казалось, что превратился в нечеловеческое существо.

Еще через секунду это ощущение возвращается.

Муж делает шаг ко мне. Нависает, пугает. Здоровый, гад, а мы здесь наедине. Ада-то у-бе-жа-ла! Приходится отступить.