Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Багровое лицо, мокрая борода, взгляд, неспособный к сосредоточению.

Кощей свалился на колени, показывая ремешок:

– Раб твой… добрый… хо…

– А-а, – вспомнил бывший валяльщик и обратился к чашникам: – Я тебя зачем купил? Ты ремесленную опрятал? Мне к Мир-рану…

– Добрый… хозяин… – Безголосому едва давалась слышная речь. – Сын твой… в беде…

– Что ещё? Тележку разбили? Так неча было со всякими…

– Его… его…

– Уйди, латонёшка, недос-суг! Видишь, с ув-важаемыми людьми о делах… рас… рас-суж-даю!"

"Кощей упрямо лез под руки, бражники хохотали, Малюта отмахивался.

Даже коснулся дерзкого раба, слегка задел рукавом. И… внезапно умолк, закрыл рот, передумал, попробовал встать. Невольник об руку повёл хозяина прочь, приседая, потешно тыча в воздухе костылём.

– Пошёл доносить, каково рубели с киянками приготовил, – посмеялись вслед мочеморды.

Малюта тем временем пребывал в изумлении. Его разум тлел и чадил, утопая в пьяных одонках, но тело бодро топало вслед за пальцем, угодившим сквозь рукав в железные клещи.

От соседнего брошенного дома остался лишь каменный подклет, всё дерево давно сгорело в печах. Утянув Малюту на ту сторону, раб выпустил его и прошипел:

– Иди сына спасай!

– К-кого?..

– Сына, Малюта!

Малюта вдруг выпятил грудь, величественно отмахнулся:

– Н-не пойду!..

– Его… на смерть… одной пышности… ради…

– А поделом! – громко захохотал валяльщик и тут же всколыхнулся рыданием: – Отца… слово презрел! Прик-каза ослушался! М-моим хлебом… Набрался в людях!.

. Да я сам его!..

Из-за угла выглянули двое чашников, привлечённые криком.

– Идём, Малюта!

– А тебя, р-раба негодного… Как смеешь… х-хозяина?.. Запорю!

И он попытался перейти от слов к делу. Полез колотить наглого кощея, но не донёс кулаков. Сделал шаг и другой, забыл, свалился и захрапел.

Мгла ничего не сказал хозяйским товарищам. Повернулся, молча заспешил прочь.

Вход в дом воротами, потом дверью, да непременно по хозяйскому приглашению, – это путь для честных людей.

Кощей, как многие в городе, знал норов Вараксиного привратника. Полдня прочь, пока убедишь старика допустить хотя бы к порогу. А там вечер и ночь, когда не имеют силы купля и сговор, когда ничтожны дела.

До утра. В блошнице. Верешко.

Мгла проник в дом с тыльной стороны, где когда-то был огород и спуск к ворге. Серой тенью, прядью тумана скользнул к задней двери. Для Вараксы чужой человек возник в его передней прямо из воздуха.