Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

После свадьбы страстные женихи просыпаются ревнивцами и брюзгами. Говорила я доченьке… Да кто ж слушал? Ардарушка сватов обласкал, он в молодом Кайдене второго себя видел. Отдал ему и дочь, и путь прибыльный. Уехали молодые. Год спустя Брейда сына родила, Вейлина…

– Что смолкла, матушка? – тихо спросила Эльбиз.

– Я дочерей, на горе себе, грамоте обучила. Два письма от Брейды дошло. Читаю… всё хорошо… рука её… а голоса дочкиного не слышу. Стали меня плохие сны мучить. Хотела уж ехать, но тут добрая царица первенцем разрешилась, празднества, великие стреты – куда! Пала я государю Гайдияру в резвые ноги, улестила Ардарушку с собой позвать, когда смелый царевич на Пропадиху собрался.

"– А там дело ратное случилось, – подхватила Эльбиз. – Там Гайдияр за спасение велел дяде Сеггару нашу дружину Царской именовать!

– Верно молвишь, дитятко. Иным слава досталась, иным – раны бесславные. Сторожевой замок, где Кайден жил, безлюдье узнал, соколы с кречатни и те разлетелись. Не доставил мне Ардарушка ни весточки, ни косточки для могилы.

– Горестно это…

– Тебе ли не знать, сердечко моё, ты сама в те дни сироткой осталась.

– А вторая дочка твоя? Айрика?

– Думала я, уж она-то горюшка не увидит. Айрику государыня поволила к себе взять. Молодая царица была славна тем, что лёгкой рукой вершила замужества девичьей прислуги. Я радостно собрала дочь в дорогу: будут ей чужды горести, рождаемые волнением сердца…

– И?..

Харавониха беспомощно развела руками. Нерыжень подхватила плеснувшую чашу.

Боярыня не заметила.

– Айрика слала из Фойрега грамотки, полные благодарности государыне, но… так и не написала о женихе. – Алуша помолчала, вытерла слёзы. – Говорят, люди в столице не успели испытать ни страха, ни боли…

– Воистину! – одним голосом подтвердили сестрицы. Хотя про себя весьма сомневались.

Боярыня сделала большие глаза:

– Пуще всего я боюсь, что у Айрики вёлся тайный возлюбленный…

– Боишься? Почему?

– А если он был верный стражник либо конюх пригожий?.

. И царица по доброте хранила стыдную тайну?

Эльбиз нахмурилась:

– С чего взяла-то?

Харавониха прижала пухлую ладошку к груди:

– Сердцем чуяла… Уйду вот за Ардарушкой, там дочек увижу…

– Ну нет, – отрубила Эльбиз голосом, которого хотелось послушаться. – Прежде поры за небесную реку не торопись! Ещё мне здесь пригодишься!

Боярыня кивала, побеждённая хмельной сладостью, голова, повязанная вдовьим платком, клонилась всё ниже.