Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Вот знать бы, своим умом Площадник дошёл или Хадуг подучил?

Царевич покачал головой:

– Ты, друг мой Мартхе, воистину отважен сверх меры. Ты прямым словом винишь моего брата… и самого владыку… в нечестии.

Ознобиша опять вспомнил дееписания с их славными казнями, отмечавшими восшествия на престол. Кажется, праведные никого не карали так, как наушников, пытавшихся рассорить семью. Подобные глупцы находились не чаще раза в столетие… но находились же. Ознобиша крепко зажмурился:

– Да, государь. Ибо этот райца видел и чувствовал, и правда не позволяет смолчать.

Опали меня… но будь предупреждён.

– Сказывай дальше.

– Мощь праведных не знает предела, – по-прежнему шёпотом продолжал Ознобиша. – Праведные суть владыки жизни и смерти. Их милость исцеляет, а гнев… Ты ведь помнишь Галуху? Он бежал от Меча Державы, ужаснувшись тому, как ярость четвёртого сына убила пленных разбойников…

– Ты не говорил мне об этом.

– Этот райца отважился коснуться тайн праведных, лишь заметив угрозу для тебя, государь.

– Аро! – что-то припомнив, встряла Эльбиз.

– А помнишь, на суде тебе вдруг стало легче! И при второй тяжбе ты остался ясен и светел!

Эрелис задумчиво помял пальцами губу.

– Верно. Словно тучу развеяло.

– Что защитило тебя?

И опять за столом родилась одна мысль на троих. Все посмотрели на Дымку.

– Велика премудрость Хадуга Третьего, оставившего нам царских кошек, – пробормотала Эльбиз.

– А мне брать с собой запрещали! Да чтоб я без неё к чужим людям ещё хоть раз вышел, – досадливо зарёкся Эрелис.

Благодарно потрепал Дымку и вернулся к насущному. – Моя крупица царского дара, если и есть, очень невелика. Мне не дано разить гневом, как Гайдияру. А касанием исцелять? Еле-еле. Сестра хоть боль заговаривает, а я боярина Ардара не удержал…

– Ты дал ему время, – сказала Эльбиз. – Он ушёл с достоинством. Успел простить боярыню, и она простила его.

Ознобиша проговорил тихо и убеждённо:"

"– Нет слова «мне не дано». Я видел спорину людей, отмеченных всего лишь упорством. Я боюсь даже представить, чего способен достичь ты, государь.

Эльбиз продолжила зловеще:

– А Гайдияру…

– Погоди месть мстить. Мартхе, что ты предлагаешь?

Эльбиз спросила стремительно:

– А что Змеда? Совладала с забавой?

Добрая Змеда по-прежнему благоволила молодому райце. От пережитого напряжения лицо трудно складывалось в улыбку, но Ознобиша улыбнулся:

– Совладала. Вечером показала четыре склада, такие красивые…

Все справлялись по-разному. Эльбиз загадку одолела мгновенно.