В вашем ремесле — не особенно приличном, однако и не противозаконном — вы занимаете не последнее место. Это, можно сказать, общеизвестно. А вот предположим… — она нехорошо сощурилась, — а вот предположим, что в один далеко не прекрасный для вас день среди ваших почтенных собратьев по ремеслу широко разойдется известие, что наша служба категорически скверно к вам настроена? Имеет на вас зуб? И намерена следить за вами неотступно, чтобы в конце концов на чем-нибудь да поймать? Как вы себя тогда будете чувствовать? Вы ведь прекрасно знаете, что прецеденты уже случались.
Вокруг вас моментально образуется пустота. С вами не будут вести дел — чтобы не обратить наше неудовольствие против собственной персоны. У всякого есть грешки, на которые до поры до времени мы смотрим сквозь пальцы… до поры до времени! Вот и посмотрим, что вашим собратьям по ремеслу дороже — вы или своя собственная шкура. Как подсказывает житейский опыт, всегда выбирают второе… Помните Ксанфи-Попрыгунчика? А Умника Чили? Вы выпадете из ремесла, как пьяный из окна, любезный Сторри.
А поскольку именно им вы столько лет зарабатываете на жизнь, трудно будет подыскать что-то другое — в особенности человеку, за которым тянется шлейф в виде нашей неприязни… Ну, скажите, что я не права…
Вот теперь, поручик прекрасно видел, Красавчика всерьез достало. Он по-прежнему сохранял горделивую осанку, он более не улыбался и в глазах играла натуральная тревога…
— Это еще не все, — безмятежно продолжала Элвиг. — Я не поленилась навести справки о том очаровательном создании, что сейчас трясется там от страха, — она небрежно указала подбородком на дверь.
— Которое якобы проводит ночь у постели больной дальней родственницы… Низкорожденная семейка, конечно — гуртовщики, мясоторговцы… Однако народ, я бы так выразилась, своеобразный. Классические обитатели Пограничья, больше времени проводящие на лоне дикой природы, чем в городах. А потому и нравы у них… своеобразные. Если они узнают, что их кровиночка, солнышко, которое они намерены пристроить за серьезного, основательного человека из того же почтенного цеха, давно совращена благородным повесой, шляется к нему в гостиницу, забыв о приличиях… Там есть отец, два дяди, три брата и еще куча родственников.
Они вам голову проломят в темном переулке или попотчуют мясницким тесаком, не особенно заморачиваясь уважением к законам… Разве что вы сбежите подальше… и опять-таки не сможете больше зарабатывать немалые денежки прежним ремеслом.