Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Теперь уже безвредного, — усмехнулся он.

Я опрометью бросился к радиостанции БМП, чтобы доложить о пойманной птице столь высокого полёта. Через пять минут из штаба батальона сообщили, чтобы я доставил генерала на хутор Денисово, откуда его доставят в Дисну, как только городок будет окончательно освобождён от немцев."

"— Вам сейчас не до его охраны будет: фашисты развернули артиллерию и лупят по захваченной нами окраине. Но это — фиг с ним. Батальону поставлена задача переправиться через Дисну и не допустить подхода подкрепления с юга.

Роту, форсировавшую реку прямо на окраине Николаево (без танковой роты, разумеется) я догнал уже в районе хутора Черепы.

А потом мы заняли позиции около Остревичей, но не подкрепление отбивали, а больше перехватывали фрицев, драпающих из городка. Часа два. После чего с юго-востока на нас попёр настоящий вал эсэсовцев.

Капитан Сергей Николаев, 9 июля 1941 г., 17:20, неподалёку от Столицы

Нет, я оказался не под Москвой и даже не около Минска. Столица — это деревушка в Шарковщинском районе.

Да и то находится на другом берегу Дисны. А мой штаб остановился в хуторе Юзефово, всего-то в паре сотен метров от её окраины. Стою и вспоминаю стихотворенье Твардовского, которое, возможно, и тут будет написано в 1942 году.

Был трудный бой. Всё нынче, как спросонку,

И только не могу себе простить:

Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку,

Но как зовут, забыл его спросить.

Лет десяти-двенадцати. Бедовый,

Из тех, что главарями у детей,

Из тех, что в городишках прифронтовых

Встречают нас как дорогих гостей.

Машину обступают на стоянках,

Таскать им воду вёдрами — не труд,

Приносят мыло с полотенцем к танку

И сливы недозрелые суют…