В их корпусе даже роботов-уборщиков не было, а в буфете и столовой работали симпатичные улыбчивые женщины в розовой униформе. У «коммерсантов» живого обслуживающего персонала было немного, по коридорам ползали с тихим жужжанием умные моющие пылесосы, на каждом этаже стояли кабины медицинского контроля, куда можно было зайти, постоять десять секунд и выйти с чек-ап-листом в руках: давление, кардиограмма, анализ крови и еще куча других показателей. В буфетах и столовых тоже все было автоматизировано: сел за стол, прочитал на встроенном мониторе меню, ткнул в нужные строчки, приложил личную карту – через полминуты к столу подъедет тележка с заказанными блюдами и напитками.
Здесь не ставили ограничений на пользование визорами и редко можно было увидеть человеческое лицо, не скрытое наполовину очками в массивной оправе: прозрачными стекла были только у тех, кто шел; если же люди сидели или даже стояли, стекла их визоров делались темными, потому что никто не хотел терять ни минуты. Люди читали или диктовали сообщения и большие тексты, смотрели фильмы, общались с кем-то, делали заказы, играли в игры, одним словом, всегда чем-то занимались.
Чем угодно, кроме самого простого и, как казалось Наяне, самого необходимого: просто помолчать и подумать.
Вот уже больше месяца она приходит в этот корпус заниматься с Евгением Эдуардовичем Бочаровым и не понимает, что происходит. По большому счету, вся подготовка заняла неделю, потому что ничего особого в месте назначения (так официально именовались пункты, на которые настраивался Тоннель) не было.
Обычная городская квартира, две комнаты, кухня, совмещенный санузел. Место, где жил и умер (или был убит, или покончил с собой) некто Юрий Константинович Пашутин, бывший сотрудник центрального аппарата МВД РФ. Заказчик, Егор Стражалковский, хочет узнать, что же на самом деле произошло, но беда в том, что он не смог установить точного времени смерти Пашутина. Тело обнаружили спустя несколько дней, то ли три, то ли даже четыре. Судмедэксперт указал в заключении довольно большой интервал предполагаемого времени.
В очерке говорилось, что Иван Обухов на следующий день после убийства Анисии приходил в дом, где проживала его девушка, и даже попал на камеру видеонаблюдения, установленную над дверью подъезда, однако в материалах следствия написали, что «неустановленное лицо не может быть достоверно идентифицировано как Обухов И. А.». Ну и в самом деле, попал на камеру какой-то тип в куртке, капюшон низко надвинут, голову он не поднимал.
