Мои бойцы уже успели поужинать, а вот новенькие были голодными, у них с кухнями был дефицит, так что скорее всего им придётся давиться всухомятку сухпаем. Поскольку дефицита продуктов я не испытывал, уже успел затрофеится у разбитых гансов, то приказал готовить снова во всех кухнях. Только часам к 9 вечера показался второй полк дивизии, вместе с командованием, и тут мне пришлось отбивать наезд генерала, который с ходу решил меня построить и прибрать к рукам. Хотя я его и понимал, но вот идти под его командование не собирался, сейчас мало нормальных генералов, а гробить свой отряд я не хотел.
— Капитан! Ты под трибунал захотел⁈ Или немедленно поступаешь в моё подчинение, или я тебя сейчас же приказываю арестовать и отдаю под трибунал!
Вот куда свернул мой разговор с генерал-майором Севастьяновым, когда я встретился с ним."
"Эмка генерала Севастьянова не спеша двигалась в колоне его дивизии, а точнее вместе со штабом дивизии в порядках второго полка. Настроение генерала было препаршивым, его дивизию и так уже понёсшую потери срочно бросили на ликвидацию немецкого прорыва.
При полном отсутствии бронетехники и практически отсутствующим тяжёлом вооружении, а в частности артиллерии, дело это было бесперспективным. Севастьянов прекрасно понимал, что его дивизией командование армии пытается хоть на время задержать противника, пока не будет спешно возведена новая линия обороны. Вдобавок ко всему за день его дивизию три раза бомбила немецкая авиация и лишь ближе к вечеру настроение генерала начало понемногу улучшаться.
Этому способствовало обнаружение уничтоженных колонн противника, кто-то очень хорошо потрепал немцев, в полях уже еле-еле чадила сгоревшая немецкая техника, а всё вокруг неё было усыпано телами немецких солдат. Кроме самого факта уничтожения противника, ещё должны были быть и наши части, что его уничтожили, вот только пока было совершенно непонятно, кто именно это сделал. Ни нашей уничтоженной техники, ни тел наших бойцов, да даже братских могил просто не было, что и интриговало Севастьянова, но скоро он получил ответ на свой вопрос.
Уже около 9-ти вечера, когда он уже хотел объявить привал на ночлег, заметил расположившиеся в лесу на ночёвку свой первый полк. Тут же на дороге его ждал вестовой, который и сообщил ему, что тут также расположился отдельный механизированный батальон и его командир хочет обсудить с ним план завтрашнего боя с немцами, которые по сообщению капитана, командира батальона, находятся километрах в пятидесяти впереди.
