Оттого и устроили вам такую ловушку. Теперь они с чистой совестью к вам нагрянут. Сколько народу-то у вас еще осталось?
Девушка опасливо косится на пленного.
— Да ты не боись, — успокаиваю я ее, — уж этот-то никому и ничего больше не расскажет. Будет и дальше дурака валять, ногами за корни цепляться, — так дальше этого леса никуда и не уйдет. Не тащить же мне его на спине!
Последние слова я сказал нарочито громко, так что начавший было филонить Хамзат быстро прибавил шагу.
Идти оказалось очень даже прилично.
По крайне мере, пару привалов мы еще делали. Погони за нами не было. Думаю, что, обнаружив парочку своих товарищей, особо резвые догоняльщики слегка поубавили прыти. Во время остановок я самым тщательным образом проинвентаризировал все наши трофеи. Абсолютно бессовестным образом забрал себе почти весь боеприпас, который подходил к моему автомату. Так что к трофейным автоматам осталось всего по одному магазину. Самозарядка, при ближайшем рассмотрении, оказалась не наша, а весьма дорогая итальянская штучка — Бенелли.
Магазин у неё был шестизарядный и вообще машинка была серьезная. Перезаряжалась она автоматически, но можно было передернуть затвор и вручную. Пожалуй, что лучше я тут уж точно ничего не найду. Дело оставалось за малым — отыскать ножовку и укоротить ствол и приклад. Варварство? А то ж… так делать-то нечего, охота мне точно теперь светит весьма нескоро. Если вообще когда-нибудь будет. Кстати… Окликаю Никиту и интересуюсь у него наличием боезапаса. Ответ мало что меня обескуражил, я попросту говоря охренел.
В его карабине имелось всего пять патронов. И три — у Ирины. Теперь-то ясно, отчего они не рвались в бой. Одно дело — прижать к земле парочку негодяев, и совсем другое — воевать даже и с десятком противников. Не стесняясь девушки, высказываю всё, что я думаю об умственных способностях их командиров. Вручаю парню трофейный автомат и два магазина, а Ирине высыпаю полтора десятка охотничьих патронов, благо калибр её ружья и трофейной Бенелли совпадает.
На глазах у девушки появляются слезы.
— Зря вы так… Павел Иванович наверное там погиб… мы же не солдаты, откуда нам такие хитрости знать. А он человек хороший был!
— Ира, хороший человек — это не профессия! Взялся командовать — соответствуй! Не можешь — сиди и не отсвечивай!
— Он у нас бригадиром был…
— Хоть председателем! Грамотный ефрейтор в бою трех губернаторов стоит!
Девушка не успокаивается, Никита обнимает её за плечи и исподлобья смотрит на меня.
