Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Проезжая мимо дома Ильи, я вспомнил Игоря, который жил на базе, мылся у Каретниковых, когда не было родителей, а ел то, чем мы его подкармливали. Чтобы ему не было так грустно, вчера мы соорудили ему елку из сосновых веток. Это ужасно — сидеть одному в подвале, зная, что никто не придет в новогоднюю ночь. Надеюсь, Илья проведает его завтра, а я… будет ли праздник у Игоря, моих сироток и Лидии, у Анны Лялиной, Верочки, семейства директора — это зависит от того, приедет ли сегодня дед.

* * *Едва мы приехали, на звук мотора на крыльцо к бдящему Боцману высыпали, накинув куртки, Ирина, Толик и бабушка.

Все дружно закурили. Пуская кольца дыма, бабушка прямо в тапках вышла нас встречать, указывая Василию, чтобы машину ставил напротив гаража. Обняла маму, поцеловала в щеку будущего зятя, потом — нас с Борисом.

Подарки мы взяли всем. Помня эффект от розыгрыша безделушек в школе, мы заготовили призы и билеты, сложив все в красный мешок: нас пятеро, остальных тоже пятеро с учетом деда и Андрюши — двадцать предметов, два раза поучаствовать в лотерее.

Плюс индивидуальные подарки в черно-золотистом полосатом пакете.

Подозреваю, что наибольший фурор произведет бабушкин портрет, который Борис три дня срисовывал со старой фотографии, где она совсем молодая, с орденами и в форме, а потом не мог найти подходящую рамку. Деду он приготовил аналогичный подарок.

Мы с Борисом с тревогой поглядывали на дверь — нам не хотелось видеть Андрюшу. Надеюсь, он слился и будет отмечать в другом месте, прямо спрашивать, где он, мы не стали — все знали, что у нас контры.

Василий пожал руку Толику, и тот увлек его в огород жарить мясо. Ирина обняла маму и повела в летнюю кухню, говоря:

— Ой, какой торт! Пойдем в кухню, поставишь его в холодильник, и будем оливье резать. Я только начала.

— Стойте, — крикнул Борис и с гордостью извлек из своего рюкзака «Полароид». — Фотография на память!

Ирина округлила глаза, побольше натянула капюшон куртки на лицо.

— Какая фотография! Я в халате и бигудях! Вот за столом и сфотографируемся, а сейчас — только пленку портить.

Борис расстроился, но «Полароид» не убрал — видимо, решил снимать нас украдкой.

— Дед звонил? — спросил я у бабушки, она помотала головой и погрустнела.

— Вам, как я поняла, тоже не звонил.

Ирина махнула рукой.

— Ой, да не переживайте вы так! По межгороду в праздники дозвониться нереально. Нужно в очередях часами стоять. Так что это не повод для нервотрепки.

Да, она права, но все равно тревога не отпускала.