«Волкодав» из будущего читать онлайн

Кюхлера и сняли 900-дневную блокаду Ленинграда, освободили от оккупации территорию Ленинградской, Новгородской и большую часть Калининской областей.

С особым интересом я выискивал сведения о своем фронте – бывшем Центральном, а с 20 октября переименованном в Белорусский. Активных наступательных операций там не велось, отчасти по причине особых условий рельефа. В Белоруссии местность сырая, много болот, здесь и летом особо не развернешься с большим количеством танков, а уж зимой – завязнут да утонут. Но по тому, как накапливались там войска, и по многим другим признакам я предположил, что и в Белоруссии скоро начнется наступление.

Каждый офицер – даже простой боец мог это предсказать. Ведь если в танковый полк завозят боеприпасы, заправляют технику топливом под крышки баков – то жди, когда бросят в бой. Так и в СМЕРШе. Если на каком-то участке фронта резко возросла активность и численность вражеских разведгрупп, а с нашей стороны почти все рации молчат, жди бури.

А служба радиоперехвата у немцев действовала активно.

Их службы знали почерк наших радистов – дивизионных, фронтовых. И когда появлялась в нашем тылу рация с новыми позывными и другим почерком радиста, немцы понимали – появилась новая часть, переброшенная из другого района. Потому, до начала наступления, чтобы не обнаружить себя, вводилось радиомолчание."

"Только попозже, уже в апреле, я узнал, что Ставкой действительно готовилось мощное наступление, разрабатывалась операция «Багратион». Немцы, предполагая такое развитие событий, выстроили мощную оборонительную линию «Пантера», длиной по фронту до 600 км.

Ее держала группа немецких армий «Центр» под командованием фон Клюге – фельдмаршала, который здорово потрепал наши части еще в 41—42-м годах.

Теперь пришел наш черед.

После второго выпуска курсантов меня откомандировали на прежнее место службы.

Удивительное дело – не домой еду, к жене под теплый бочок, а на фронт, а летел как на крыльях. Собственно, другого дома-то у меня и не было. На фронте, в оперативном отделе, был мой дом.

Тянуло в Ярославль завернуть, к родне, но я опасался последствий.

В отделе Сучков встретил меня радостно.

– Вот хорошо, вовремя вернулся – немцы активизировались, чуть не каждый день в отдел сообщают о вылазках их разведчиков. Дерзко действуют: часовые на передовой по двое теперь дежурят – и то ухитряются к себе утащить. На самолетах едва не каждую ночь агентов к нам забрасывают – то «Абвер», то «Вали», то «Цеппелин». Всех и не перечислить.