Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Рива оглянулась и увидела Аркена, забиравшегося следом за ними, — высокая тень на фоне голубого неба. Вдруг он, словно оступившись, рухнул вниз.

— Аркен!

Скрюченное тело ничком лежало на мостовой, безгласно и недвижимо. Из спины у него торчал воларский меч.

* * *"

"Четвертое кольцо продержалось какой-то час, несмотря на бойню, устроенную Ривой над телом Аркена: следом за ним через стену полезли вольные мечники. От накатившей ярости она потеряла счет времени и не ощущала усталости. Они все шли, она их убивала.

Наконец чьи-то руки обхватили ее и потащили прочь. Постепенно чувства вернулись к ней. Руку, в которой она держала клинок, до самого плеча покрывала кровь. Рива не могла отвести глаз от тела Аркена, оставшегося в окружении тел воларцев, пока вся эта картина не скрылась за углом. Кто-то втащил ее на стену пятого кольца.

— Госпожа! — Антеш тряс Риву за плечо, пытаясь заглянуть ей в глаза. — Очнитесь, прошу вас!

Она моргнула и медленно распрямилась.

— Сколько людей у нас осталось? — спросила она.

— Едва половина. Слишком многих мы потеряли на последнем кольце.

«Аркен…»

— Да, слишком многих.

Взгляд ее упал на собственный меч: от клинка тоже осталась всего половина. Рива не помнила, когда он сломался. Швырнула обломок на мостовую, подошла к поилке для лошадей и сунула голову в воду, смывая с волос кровь.

— Нам нельзя здесь оставаться, — сказала она Антешу. — Переходим в последнее кольцо. Поле битвы сужается.

* * *Она отправилась во дворец, а Антеш с Арентесом остались руководить организацией последнего рубежа обороны.

Меч был там же, где она оставила его в память о дяде, — на каминной полке. Рива взяла его в руки. Он показался ей легче, чем прежде. Острая кромка лезвия сияла чистотой, кровь Чтеца была с нее стерта.

— Ты, конечно, не то, что я искала, — сказала она мечу. — Но ты справишься.

Шестое и последнее кольцо окружало соборную площадь. Сейчас все ее пространство заполняли люди. Детей, глубоких стариков и раненых разместили внутри собора. Оставшиеся в живых гвардейцы строились в боевой порядок, готовые противостоять врагу до конца.

Рива знала, что они смертельно устали, но при виде нее вояки приосанились. Дедушкин меч она несла на плече.

— Думаю, сейчас самое подходящее время, — произнесла она. — Благодарю всех вас за верность. Теперь вы в почетной отставке и вольны отправляться, куда только душа пожелает.

Ответом ей был громкий смех, а также поздравления лорду Арентесу, побагровевшему от возмущения.