Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Открой, открой, откро-о-о-ой!!!!"

"Удары в дверь и крики враз оборвались — голос Фрэнка Синатры запел о Нью-Йорке, который никогда не спит, и Олег откинулся на подушки, зябко укутавшись в одеяло. Его колотила дрожь — холод нарастал, и не было от него спасения. Привстать, чтобы напиться чаю, немыслимо — слишком холодно, и уснуть не получится.

Телефон ожил на тумбочке, и Олег, сняв наушники, принял звонок.

— Ну, ты где?

Это Генка Щелканов, его напарник и коллега. Олег не позвонил ему.

— Олег, ты что?

— Ген, у меня, похоже, грипп.

Генка знал, что такое грипп для приятеля, потому присвистнул от полноты чувств.

— Грипп… Вот незадача-то! Ты лекарство пьешь?

— Пил, закончилось, теперь пью чай.

— Так, понятно. — Генка вздохнул. — Олег, ты продержись пару часов, и я заеду, привезу всякого. А то Машку пришлю, хочешь?

— Жаропонижающего бы… — Олег прислушался к звукам за дверью. — Только тут у меня снова соседи каруселят…

— Угораздило же тебя.

Они оба знали, что выбора у Олега не было, но нравы «вороньей слободки» приводили интеллигентного Генку в ужас, он такое только в кино видел.

Сам Генка устроился на даче их общего приятеля, он и Олега звал, но тот хотел иметь собственный угол, свое, только ему принадлежащее пространство. А поимел вечные проблемы.

— Ладно, я что-нибудь придумаю, — сказал Генка, энергичный и отвратительно здоровый. — Олег, продержись немного, пей там побольше, что ли, а я задачу понял.

Олег вернул телефон на тумбочку и снова прислушался. Боевые действия, видимо, прекратились, орки расползлись по норам, музыку можно было выключить и поспать.

Холодная дрожь сменилась горячим сухим жаром, от которого, казалось, кровь скоро закипит, но Олег хотел спать. Ему снилось что-то серое, в отвратительную пеструю крапинку, какие-то бесконечные лабиринты, по которым он блуждал, не находя выхода, и только прикосновение чьих-то холодных рук вернуло его из тьмы.

— Хорошо, что я вчера ключи взял. — Генкин голос возник внезапно, из ниоткуда, и Олег не сразу понял, откуда он взялся, только через минуту с трудом осознав, что приятель открыл дверь ключами, которые взял в супнице, а еще через минуту до него дошло то, что он говорит.

— Олег, да ты совсем плох, старик! Надо же такому случиться!

— Погоди.

Ему надо в ванную, и это всего шесть шагов — от дивана до двери. Квартира крохотная, но шесть шагов иногда — очень много. Сухой жар испепелил его, высушил, и Олег, глотнув остывшего чаю, с трудом поднялся. Шесть шагов.

— Брат, выглядишь ты жутко.