Верный муж читать онлайн

Пусть только пикнут!

К тридцати – а время летит, щелкает, как счетчик в таксомоторе, – Лора кстати, еще больше расцвела. Тридцать лет – отменный женский возраст. До болячек далеко, все еще при тебе, живи и радуйся, цену уже всему знаешь. Или – почти всему. Тетки на работе были не самые вредные, но… Клуши, конечно, все о детях, мужьях, свекровях. Хвастались обновками, распивали чаи и сплетничали.

Раиса Ивановна – под пятьдесят, двое детей, язвенник-муж. Денег вечно не хватает, вес растет, муж по больницам, дети – сволочи.

Тамара Викторовна – дочь с ребенком, оставленная злодеем-мужем (зять назывался «эта сволочь»), погуливающий муж и лежачая свекровь. Тамара ненавидела всех. Особенно тех, у кого было все хорошо. Где уж, при ее-то жизни, быть доброжелательной?

Светлана – бездетная красавица под сорок с «очень удачным мужем». Муж мотался за границу и привозил тряпки, которыми Светлана удачно приторговывала на рабочем месте.

Тома с Раей называли ее спекулянткой – за глаза, а в глаза льстили и тряпки рвали из рук.

Четвертой была Шура Фролова. Тихая, спокойная и самая приятная. Шура не дралась за Светланины тряпки, не сплетничала и никого не осуждала. За это, естественно, тоже несправедливо, осуждалась – чужая. Гордая. Надменная. Короче – не «своя».

Про личную Шурину жизнь было известно мало – замужем, есть сын. Муж встречал ее после работы, и все с удивлением отмечали, как он хорош собой. Он и вправду был красавец – не из слащавых, а мужественный, высокий, стройный.

А когда все узнали – попробуй скрой, – что невзрачная Шура увела своего красавца Фролова от жены-артистки и троих детей, так растерялись, что даже забыли сразу ее осудить. Но все наверстали уже через несколько дней.

Однажды на перекуре Шура внимательно посмотрела на Лору и сказала с усмешкой:

– И отчего такая грусть в глазах? Ну просто вселенская тоска!

Лора пожала плечами:

– Да фигово все как-то.

– Приходи в субботу к нам. У Фролова день рождения. Будет не скучно и много разного народу. Придешь?

Лора сдержанно кивнула, пытаясь скрыть радость. В субботу в лучшем костюме, на каблуках в десять сантиметров, накрашенная и надушенная, она в волнении стояла перед Шуриной дверью – в ожидании чего-то прекрасного, что непременно изменит ее скучную и тоскливую жизнь.