Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Если смогу удержать ребят, — сказал Адашев, и глянув на коробочку «Никольских», выпиравшую из кармана, попросил: — Сигаретку не дашь? Очень нравятся твои. Жаль в нашей лавке таких нет.

— Без проблем, — я достал сигареты. — Можешь сделать так: сейчас пока никто не знает, что поединок перенесли в Шалаши, все направятся к пустырю. Ты им пока ничего не говори, пойди с ними, а на полпути разверни к Шалашам.

— Все бы так, но я бы хотел сам присутствовать с самого начала, — Рамил убрал сигарету во внутренний карман.

— А в чем задумка с задержкой?

— Кое-что хочу проверить. Есть подозрение, что Сухров нечестно со мной играет — ну ты это уже сам понял. Так вот, может быть так, что в то место в Шалашах подойдут еще ребята с Резников. Есть там одна нагловатая банда, с которой Еграм как-то связан. И если у него со мной все пойдет не так, то пришлые с Резников могут повлиять на исход боя. Думаю, именно поэтому Сухров так не хочет свидетелей с моей стороны. А если свидетели будут, то это уже другой поворот, — пояснил я.

— Ничего себе! — темные глаза Рамила расширились. — Если действительно у него такие гнилые мысли, то это совсем уже хреново.

— Насколько хреново посмотрим. Может страхи, как всегда, преувеличены. Ладно, пойду — ждут меня, — я направился к лестнице, понадеявшись, что барон Адашев не подведет. И, может быть, скоро я услышу снова его задорные выкрики: «Елецкий — гора школы!», хотя мне эти надуманные титулы совсем безразличны и даже где-то неприятны.

По пути к Шалашам и Синицына, и Ковалевская дружно пытались убедить меня, что Сухров с дружками задумали что-то скверное и поединок надо отменить или перенести в другое место.

Я вполне понимал их опасения, ведь об этом я уже думал много раз, но отменять бой я не собирался. И радовало меня то, что сейчас и Ольга, и Айлин были заодно. Как же приятно, когда между ними никаких разногласий!"

"Возле ржавой мачты — старой железной конструкции, на которой когда-то стоял измеритель напряжения эрминговых потоков — нас ждал Ефим Брагин.

И я не ошибся: двор, избранный командой графа Сухрова, оказался именно там: за двухэтажкой из красного кирпича с выбитыми окнами и провалившейся крышей. Когда мы прошли в приоткрытую створку ворот, у меня возникла догадка, почему они выбрали это место. Площадка для поединка здесь крошечная в сравнении с пустырем. Если от забора до кирпичных руин, то не более десяти-пятнадцати шагов ровного пространства, которое не заросло травой и пригодно для боя.