Ты только попроси. Сейчас и навсегда читать онлайн

– Для меня?

Он кивает и продолжает:

– Здесь ты сможешь получить свое личное пространство: то, что ты хочешь, и то, что тебе нравится. – Я собираюсь что-то сказать, но он добавляет: – Как ты уже заметила, у Флина и у меня свое личное пространство есть. И у тебя оно тоже будет – для всего, что ты захочешь.

Я даже не знаю, что ответить ему на эти слова. Я настолько опешила, что решаю лучше промолчать, чем ляпнуть что-то, о чем потом буду сожалеть.

Эрик еще ближе подходит ко мне и целует в лоб.

– Пойдем. Я покажу тебе остальное, – шепчет он.

После увиденной здесь роскоши, погруженная в свои мысли, я поднимаюсь по великолепной двойной лестнице. Эрик вскользь упоминает, что на этом этаже расположено семь комнат, при каждой из которых есть ванная.

Комната Эрика потрясающая. Огромная. Она выдержана в синих тонах, а в центре стоит гигантская кровать, от вида которой сразу подскакивают и сердце, и давление. А ванная рядом – это еще одно чудо: джакузи, гидромассажный душ. Все просто роскошное.

Вернувшись в комнату, я обращаю внимание на лампу, стоящую на одном из столиков. Это та самая лампа, которую мы купили на блошином рынке и на которой я оставила отпечатки своих губ. Она здесь совершенно лишняя! И абсолютно не вписывается в стиль, слишком неформальная. Пусть я не смотрю на Эрика, но все же чувствую, что он за мной наблюдает. Тайком перевожу взгляд в другой конец комнаты и замечаю свой багаж. И изо всех сил скрываю, что меня это взволновало.

Но экскурсия продолжается: мы покидаем комнату Эрика и входим в комнату Флина.

Мы выходим, и Эрик показывает мне остальные пять комнат. Они большие, красивые, но слишком безжизненные. Видно, что никто ими не пользуется.

Когда осмотр этажа заканчивается, Эрик снова берет меня за руку и тянет по лестнице вниз.

– Надеюсь, дом тебе понравился.

– Эрик, он чудесен.

Мой Айсмен улыбается и делает глоток пива.

– Он настолько огромный, что… ух! – произношу я и прикладываю руку ко лбу. – Да у тебя, черт возьми, такой домина… Если бы его увидел мой отец, у него бы помутнело в глазах.