Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Это папа так всегда отшучивался, когда мама ругалась, что он совсем не следит за своим здоровьем и отказывается принимать лекарства, которые назначил ему врач.

— Мерила температуру?

— Тридцать восемь и три.

— Вызови врача на дом, Сонь, — строго произносит Гордей.

— Сейчас ночь, так что уже завтра, — сонно произношу я и зеваю. Весь день сплю и еще хочу.

— Отзвонись утром, чтобы я знал, что с тобой всё в порядке.

Первая реакция — напряжение. Отвыкла, что кто-то может интересоваться моими делами и уж тем более здоровьем.

Даже будучи в браке, он не проявлял столько внимания и заботы, сколько сейчас всего лишь через телефонный звонок.

— Ладно. Как там Дима? Не сильно капризничает? Не просится домой? Он никогда еще не ночевал вдали от меня.

Мое сердце беспокойно делает кульбит, и я с затаенным дыханием жду ответа Гордея.

— Он в приставку рубится.

— Приставку? Он что, выпросил ее у тебя?

Я хмурюсь, да и тон у меня довольно строгий. То, что Орлов идет на поводу у нашего сына так часто, меня сильно беспокоит.

— Она у меня была, Сонь, не кипятись так. Я сам в свободное время поигрываю.

Несмотря на мои наезды, его голос в отличие от моего звучит мягко и спокойно.

— И не волнуйся ты так, в конце концов, Дима и мой сын тоже, как-нибудь я управлюсь, не криворукий. И если что, на ужин мы ели не пиццу с бургерами, как ты уже успела себе нафантазировать.

Я прикусываю губу и молчу, так как он зрит в корень. Именно об этом я и думаю, беспокоясь о здоровье и желудке Димы. Это Гордей уже взрослый, а организм ребенка еще не сформирован, так что я против постоянного потребления фастфуда, особенно этой картошки фри.

Дима маленький и не понимает, что это вредная пища, но слова-уверения Гордея меня успокаивают.

— Дай телефон Диме, пожалуйста, хочу пожелать моему малышу спокойной ночи. И смотри, его нужно уложить спать до одиннадцати.

— Есть, кэп.

Я буквально вижу, как Гордей закатывает глаза, но вскоре по ту сторону трубки слышу голос своего сына.

— Привет, мам.

А я сегодня буду у папы ночевать. У него в холодильнике сто-о-олько мороженого. Размером с грузовик.

— Помни про горлышко, малыш.

— Я не малыш, — уже привычно сердито поправляет он меня. — И папа мне разрешил только одно съесть. И то после гречки с котлетой.

Я улыбаюсь, слушая возмущения сына по поводу крупы и восхвалений котлет, которые приготовила баба Маша. Насколько я помню, Мария Федоровна — домработница Гордея, которая отвечает и за готовку, и за уборку.