– Алисия, он тебя ранил?
- Алисия! – голоса Рика и Стэнли наперебой доносились до слуха.
– Ну же, детка! Не молчи!
Наконец справившись со своими эмоциями, я открыла глаза и увидела небо… Усеянное звездами ночное небо! Душераздирающий крик, который до сих пор стоял в ушах, понемногу стал сходить на «нет», и я, к своему облегчению, кажется, стала понимать, что стреляли не в нас…
- Она в порядке, просто сильно испугалась, – теплый баритон Рика окатил мое лицо влажным паром.
- Идите в дом, я замету следы, – Стэнли кивнул в сторону дома.
Рик жив! Стэнли жив! Мы живы! Эти мысли пульсировали в висках и слезы с новой силой покатились из глаз. Я силилась их сдержать, но они текли, словно мои глаза были не человеческий орган, а непрерывный источник с живительной влагой. На сегодня это уже был перебор, и шмыгнув носом, я подняла глаза опять к небу."
"От большой любви сердце становится таким же. Но от бесконечных переживаний и боли оно уменьшается в размерах, как минимум вдвое.
Сморщивается, скуксивается, слабеет, усыхает, в конце концов. Я забыла, как наслаждаться жизнью и ценить ее каждый миг так, словно он был последним. Приблизительно как сейчас… Стэнли – профессиональный киллер, и убить человека, даже с такого внушительного расстояния, одним-единственным метким выстрелом – это часть его жизни. Как и жизни наглеца. И, пожалуй, убивать – это единственное, что у них получалось на высшем уровне, сверхпрофессионально и хладнокровно, и в какой-то мере естественно, как будто это было обычное управление транспортным средством.
От вас лишь требуется внимательность и осторожность при управлении несложным механизмом. Мне не хотелось проводить такую параллель между бездушной машиной и ними, но я даже не могла представить, что ощущал человек, когда отнимал жизнь у другого, забирал его мысли, чувства, тепло… Почему к определению “убийца” часто приставляют слово “хладнокровный”? Сколько бы жизней ни было загублено одним-единственным человеком, тепло этих душ не покидало своего палача, готовя тем самым для него пламенную встречу на разведенном огне своих несбывшихся надежд, желаний и причиненной боли… Все в этой жизни относительно.
И каждый в итоге получал по своим заслугам. Именно поэтому я не хотела думать о том, сколько крови было на руках у моего брата и человека, который бережно прижмал меня к груди, так, словно я была самое дорогое на свете сокровище.
