Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Мое время, моя энергия, мой интеллект слишком ценны для такой рутины. Я — стратег. Я — архитектор. Я — правитель, но, черт возьми, не разнорабочий.

Вывод был очевиден.

Мне нужны рабочие руки. Простые, сильные руки, которые будут выполнять грязную работу, пока я буду заниматься действительно важными вещами.

Я вернулся в поместье Вороновых с четким планом в голове. Строительство требовало рабочих рук, и я не собирался тратить на это ни секунды своего личного времени больше, чем необходимо. Я уже мысленно формулировал приказ для Себастьяна, когда из боковой гостиной, словно пробка из бутылки, вылетела знакомая фигура.

Это был мой краснолицый «кузен». Кажется, его звали Игорь. Или Иван. Неважно.

— Калев! — начал он без предисловий, его голос был полон напускной строгости, за которой я легко различил плохо скрытый страх. — Я должен с тобой поговорить. Как глава рода, то есть, будущий глава…

«Глава этого цирка лилипутов», — съязвил в моей голове дух-ИИ.

Не успел я даже подумать над тем, чего же он хотел, как из гостиной показались и остальные участники «комитета по встрече»: второй, бледный кузен, и две мои «тетки», чьи лица выражали вселенскую трагедию.

Они окружили меня, создавая плотное кольцо.

— … я требую отчета! — продолжил краснолицый, набравшись смелости от присутствия поддержки. — Что это за дела ты проворачиваешь? Какие-то слухи, скандалы… Ты позоришь наше имя! Ты обязан помнить о своем долге перед семьей!

— Опозорил! — тут же подхватила одна из теток, всплеснув руками.

— Против тебя ФСМБ ведет официальное расследование! О нас шепчутся во всех гостиных! От нас отвернутся все приличные дома!

— Мы будем разорены! — заныл бледный. — Контракты отца… все будет расторгнуто! Нас вышвырнут на улицу из-за тебя!

Они галдели все разом, их визгливые голоса сплетались в невыносимую какофонию. Я молча стоял в центре этого урагана, разглядывая их с отстраненным любопытством. Гнева не испытывал. Лишь легкую брезгливость, как к стае надоедливых, шумных насекомых, которые случайно залетели в мою комнату.

Их слова о «долге», «чести» и «семье» были для меня пустым звуком. Этот род был мертв задолго до моего появления. Я лишь занял один из его сосудов.

Они же, в свою очередь, видели во мне не спасение, а источник своих проблем. Их не волновало, откуда у меня сила или деньги. Их волновало лишь то, что мое появление нарушило их привычное, тихое загнивание.

С меня хватит.