Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Камень начал раскаляться, на глазах покрываясь сетью трещин.

— Он… он не выдерживает! — в ужасе пролепетал Лебедев.

Раздался тихий, пронзительный треск, и амулет, его последняя надежда, разлетелся на десятками осколков.

В тот же миг мое давление обрушилось на него в полную силу.

Он не закричал. Просто издал сдавленный хрип, и его ноги тут же подкосились. Лебедев мгновенно рухнул на колени рядом со своими беспомощными телохранителями.

Я медленно поднялся и подошел к нему, глядя на него сверху вниз. Трое мужчин стояли передо мной на коленях, не в силах даже повернуть головы.

Выражения их лиц было совершенно беспомощным.

— Вот теперь правильно, — произнес я спокойно, и мой голос был единственным звуком в наступившей тишине. — Вот из такого положения просители вроде вас и должны говорить со мной.

Я смотрел на Лебедева, и видел, как ужас в его глазах сменяется чем-то иным. Чем-то странным. Болезненным. И в тоже время… Восторженным. Он больше не смотрел на меня, как на дичь, нет, этот блеск ушел полностью, заменившись кое-чем другим.

Чем-то опасным и… фанатичным? Второго верховного жреца мне еще не хватало…

Глава 24

Столица. Пентхаус Константина Лебедева.

Константин Лебедев, по прозвищу «Костыль», вернулся в свой стерильный, залитый светом офис на вершине небоскреба. Он молча прошел мимо своей помощницы, вошел в кабинет и налил себе стакан ледяной воды. Его руки едва заметно дрожали.

Он подошел к панорамному окну и посмотрел на раскинувшийся под ним город. Этот город был его игровой площадкой.

Он знал здесь каждый ход, каждого игрока и был большой акулой в этом аквариуме. По крайней мере, он так думал до сегодняшнего дня.

В его памяти снова и снова всплывала сцена в беседке. Ощущение абсолютной, несокрушимой воли, которая пригвоздила его к полу. Унижение. Бессилие. И… странный восторг. Кто бы мог подумать, он действительно испытал самый невроятный и странный восторг, когда вся эта немыслимая мощь обрушилась на него. Странный, извращенный, пьянящий восторг от прикосновения к истинной, первозданной силе.

Он связался с дьяволом и этот дьявол оказался куда более реальным и могущественным, чем он мог себе представить.

Лебедев усмехнулся. Дрожь в руках прошла, сменившись настоящим хищным азартом. Да, он проиграл. Его план по поглощению гениального, но наивного мага провалился с оглушительным треском. Его поставили на колени и продиктовали унизительные, рабские условия. 90 на 10. Какой позор. Таких условий у Лебедева не было еще никогда.