Но со временем корабли все надежнее строили, ход у них увеличивался, торговля наладилась с людьми-то. Вот молодежь к людям и хлынула! Неокрепшие умы всегда за впечатлениями рвались, приключения им подавай! Молодые семьи потихоньку начали перебираться то в Шеротан, то в Кариту, многие в Тиху переехали, там вроде пески одни, но у моря красота, говаривали. Дети детей переселенцев Исконную землю могли и не видеть никогда. Дорога непростая, ежели осели на месте, прижились, так и оставались уже там. А потом, как границы закрыли… — Шарипа замолчала ненадолго, погрузившись в воспоминания.
— Хитайи-то красивые всегда урождаются, — продолжила она, — с мальства глаз не оторвать от девочек. Кожа будто изнутри светится, внутренняя сила приковывает, особенно огненные и водные. Где тем людишкам удержаться? — махнула Шарипа рукой. — Вот и начали первые смешанные пары образовываться, а в них детишки появляться на свет, только уже с разбавленной кровью-то. В общем, так и случилось, что люди стали крохи наших сил перенимать.
— Снова пауза, женщина будто подбирала слова. — А гонору в них всегда с избытком было. Большего захотели! Чтоб не просто дети одаренные рождались, а самим Силу заполучить! А как Силу-то заполучить? — стукнула по коленям женщина. — Вот и придумали, как отобрать ее у хитай! Украсть, по-другому и не скажешь! Ценою жизни юной мии, почти всегда. Поначалу и не знал никто, что в Шеротане-то творится. А они потихоньку стали хитай со всего континента заманивать. Так вот и уничтожили всех девушек одаренных, что с Исконной земли уехали в свое время, а после и за своих дочерей принялись! Как спохватились мы, так уже поздно было.
А все одно людям и того мало! Стали хитай молоденьких с Исконных земель обманом завлекать, чего им только не сулили! — Качала рассказчица головой. — На пороге войны в то время Тандор стоял. — Шарипа замолчала ненадолго, создавалось полнейшее ощущение, что женщина вспоминает эти события, будто была их свидетелем. — Если б не отгородились мы, так и неизвестно кто бы выжил, больно люди коварные, да изворотливые! Старшие лоры десять родов осиротили, чтобы завесы поставить! Мой прапрадед там полег, всю душу выжег, да и не он один.
— Снова послышался ее голос. — Эх! Заставила ты меня вспомнить то, о чем давно говорить не принято. В общем, с тех пор и стали мы земли людские так звать — остров заблудших душ. Да общение с ними все прекратили! Только иногда лоры наши в те места рискуют выбраться, девочек одаренных спасают.
