Свет во мраке читать онлайн

А вон и моя рука… к ней как раз скачками подбирается крупная черно-белая чайка, уже разинувшая жадно клюв и поглядывающая на меня одним глазом с намеком: раз потерял, то потерял, оставь это мертвое мясо мне…

Висящий за плечом тесак что-то успокаивающе мне бормотал. Что ж — пусть я остался в одиночестве, но мне все еще есть с кем поговорить.

Долгая погоня окончена.

Я остался единственным выжившим.

Но мой путь далек от завершения. Сейчас я немного посижу, чуть-чуть отдохну. А затем подумаю над тем, куда именно с завтрашним рассветом отправиться такому калеке как я.

Отступление пятое.

Лорд Ферсис трепетал…"

"Упав с седла, прижавшись к куче вонючей грязи, перепачкав плащ и штаны, с трудом сдерживая позывы переполненного живота и кишок, старый лорд трясся как старая кляча приведенная на бойню. И выглядел также. Его обычно подтянутое и сохранившее несмотря на долгие годы жизни мужественность лицо сейчас выглядело лицом обрюзглого жалкого старика. Посиневшие губы затвердели, челюсть отвисла, от похолодевших щек отхлынула кровь.

Лорд Ван Ферсис не боялся смерти.

Он слишком давно жил вместе со смертью, сжился с ней, воспринимал ее как вечного спутника отстающего на один единственный шаг и однажды могущего поравняться с ним ради нанесения рокового удара.

Нет. Старый лорд не боялся смерти.

Но он до дикого животного ужаса боялся посмертия.

Святоши, паршивая Церковь Создателя, орден Искореняющих Ересь — это грозные, могучие противники обладающие армией союзников и тьмой соглядатаев. На их стороне все — до последней деревенской хохотушки простолюдинки. Все боятся тьмы и скверны, все готовы обвинить тебя в некромантии, отдать в руки пришедших за тобой священников, что предадут тебя страшным пыткам, а затем бросят на политые маслом дрова и сожгут еретика живьем.

Поэтому лорд и не боялся святош. Ведь кроме этого они не могут сделать ничего. Самое страшное злодеяние Церкви, самая страшная и долгая их пытка — это заключение Тариса Ван Санти в каменный саркофаг, где он провел почти два столетия в жутких муках, гния заживо. Но глупо восторгаться такой жестокостью — ведь все произошло случайно.