Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Кейд стоял рядом уже через секунду, папа вскочил с телефоном в руке. Я поразилась их рефлексам.

— Гвен, что случилось? — Кейд выглядел испуганным, его глаза не отрывались от моего живота.

— Я звоню доктору, — объявил папа.

Я улыбнулась, ошарашив их.

— Я в порядке, успокойтесь. Папа, убери телефон. — Я схватила руку Кейда и положила себе на живот. Его глаза расширились. — Она просто застала меня врасплох, вот и все, — тихо сказала я, наслаждаясь ощущением того, как ребенок пинается в руку Кейда.

На секунду Кейд, казалось, был загипнотизирован, затем покачал головой, не отнимая руки от моего живота, подхватил меня другой под ноги и понес к столу.

— Не хочу, чтобы ты порезалась, — объяснил он с огоньком в глазах. Я знала, что он вспомнил другой случай, не сильно отличавшийся от этого, не считая того факта, что теперь я носила его ребенка.

Наш момент был нарушен, когда к нам бросились папа и Эми.

— Супс брыкается, дай потрогать! — потребовала Эми, положив свою руку рядом с рукой Кейда.

— Я должен знать, будет ли мой внук играть за «Олл Блэк», — папа тоже коснулся меня.

На меня смотрели три ухмылявшихся лица, потом руки исчезли, ну, на самом деле, только две из них. Одна очень мужественная татуированная рука осталась лежать на моем большом животе. Я накрыла ее ладонью, глядя в серые глаза моего мужчины, чье выражение посылало тепло по всему телу до самых пальчиков ног. Мы молча глядели друг на друга, укрепляя связь, которая сохранится навсегда. Маленький человечек внутри меня, созданный нами в любви, наш малыш, которого будут любить бесчисленное множество людей.

Кейд обхватил мое лицо и запечатлел на губах крепкий, но целомудренный поцелуй.

Папа, благослови его Господь, нарушил этот момент.

— Чем, голубки, займетесь сегодня? — спросил он легким и счастливым тоном.

Не той фальшивой жизнерадостностью, которую он демонстрировал в течение двух месяцев, защищая своих девочек от глубокого горя, стараясь быть сильным ради нас. Нет, это было сказано искренне, и теплое чувство проникло в мое сердце, а затем я сделала то, чего не делала по-настоящему целых два месяца.

Я улыбнулась.

— Папа, я подумала, что могу показать Кейду город, а потом отправиться на Пик Малкольма, — сообщила я ему, повернулась к Кейду и продолжила: — Посмотрим, как мой красавчик-американец справиться с жизнью в Новой Зеландии.

***"

"— Приятно было познакомиться, Кейд, ты неплохой парень… для янки. Позаботься об этой девушке, — рявкнул Грей Кейду, крепко пожимая ему руку.