Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

«Мой ребенок» — это все, о чем я успела подумать, прежде чем отключилась.

***

Кейд"

"Выкрикивая имя Гвен, когда она выбежала за дверь, Кейд откинул одеяло. Он надел джинсы, свирепо глядя на идущую к нему шлюху. Любая другая сука с половиной мозга поняла бы выражение ярости на его лице и убежала бы на милю. Только не эта пи*да.

— Пусть уходит, малыш, она должна понять...

Он резко оборвал сучку, стиснув ее шею, и грубо прижав к стене. Он наслаждался, слыша, как она хватает ртом воздух.

— Заткни свой гребаный рот, сука.

Я, бл*ть, даже не приближался к тебе прошлой ночью. Не прикасался к твоему заразному телу. Я лег спать один. Теперь, что бы ты ни думала, прячась здесь, ты будешь сожалеть об этом всю оставшуюся жизнь. — Он приложил ее о стену, затем грубо отбросил в сторону и последовал за Гвен.

Когда он добрался до подножия лестницы, Булл схватил его за плечи и прижал к стене, гораздо грубее, чем он ожидал.

— Какого хрена, брат? У тебя есть такая женщина, как Гвен, женщина, беременная от тебя, а ты трахаешься с этой шлюхой? Ты просто больной ублюдок, — прорычал он, его голос дрожал от ярости.

Кейд также грубо оттолкнул его.

— Я не трахался с ней! Отпусти меня, твою мать, чтобы я мог сказать это Гвен! — взревел он, готовый наброситься на брата, если тот помешает ему добраться до Гвен.

Булл некоторое время смотрел на него, потом отступил в сторону.

Кейд пробежал через побоище прошлой ночи, не обращая внимания на стоны, когда наступал на людей, валявшихся в отключке на полу.

— Гвен! — снова взревел он, увидев, как она, спотыкаясь, вышла из двери на стоянку, прижимая телефон к уху.

Не замедляя шага, он устремился к выходу, но испытал облегчение, поняв, что догонит ее, когда она остановилась как вкопанная. Он попытался скрыть ярость от того, что сделала шлюха Джинджер. Было тяжело, пламя гнева обжигало горло, но мысль о Гвен, беременной его ребенком, отодвинула все на задний план.

Внутри Гвен рос его ребенок, у них будет семья.

Он не мог не улыбнуться про себя, несмотря на то, что ему предстояло чертовски много объяснений. Гвен ему поверит. Она должна поверить. Она знала, что он никогда так с ней не поступит.

Его мысли замерли, когда мучительное «Нет!» наполнило воздух. В этом слове было столько боли, что он бросился бежать, наблюдая, как Гвен бросает телефон, а затем сгибается пополам от боли. Он добрался до нее как раз вовремя, чтобы подхватить на руки.