Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Наконец, целую вечность спустя, я толкнул калитку и вышел из дома целителя.

Ожидал чего угодно: выстрела из лука в спину, рыка здоровяка за спиной или атаки Ларна из темноты… Но ничего такого не произошло. Я выбрался."

"Ноги сами понесли меня прочь. Лишь оказавшись достаточно далеко от дома Рика, я позволил себе остановиться и перевести дух.

Глава 2

Закончив медитацию на холме, я решил спуститься вниз, но не по ступеням, а по траве.

Мягкий ковер из травы приятно щекотал мои ступни. В груди ещё пульсировала тишина и спокойствие.

Я вдыхал аромат сырой земли и деревьев, любовался невероятно голубым небом. И понимал, что получив новую жизнь и яркие чувства молодости, боюсь потерять всё это. Я хочу прожить эту жизнь лучше, и буду стараться, хотя без ошибок не выходит и не выйдет. Жизненный опыт через призму молодого тела в новом, доселе незнакомом мне мире казался ничтожным. В старости уехать из деревни в город или наоборот — стресс. Пожилой человек может теряться в незнакомой обстановке и с трудом осваивает новое.

Иногда — мышление закосневает. А тут меня забросили даже не из города в деревню, а в другой мир, в другую эпоху. И то, что мне вручили память местного жителя, сильно ситуацию не исправило…

Я вздохнул и перевел взгляд вниз.

С этого холма открывался изумительный вид на главную улицу города — широкую, пыльную и постоянно оживлённую. Именно на нее я и выхожу, надев сандалии. Пробираться переулками больше не нужно, проблема с Асурой улажена.

По дороге чаще других попадались серые люди — самый бедный слой нашего народа.

Они словно растворялись в городской суете: блеклые, как тени в пасмурный день. Их лица были измождёнными, но с живым взглядом. Это крестьяне, люди, которые трудятся, чтобы выжить. На самом деле на них держится город: они кормят всех жителей и, наверное, даже не задумываются об этом.

Шагаю мимо вставшей посреди улицы повозки. Возница — мужчина с красным лицом и растрёпанными волосами — махал кнутом и выкрикивал ругательства, но это не помогало ему сдвинуть понурую лошадь.

Впереди показался храм. Красная черепичная крыша имела изогнутые вверх края. Деревянные стены покрывала роспись в чёрных и красных цветах. Китт помнил, что стены внутри храма расписаны сценами, изображающими жизнь духов и местных божеств — Ками.

Вход «охраняли» два терракотовых стража с карикатурными лицами, будто вылепленными ребенком.

Храм по большей части был старым, покосившимся, с трудом сохранял своё былое достоинство.

У крыльца сидел человек без ног.