Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

И он был мелок.

Эту мелкую бесчувственность он продемонстрировал еще во время коронации, когда в давке на Ходынском поле погибло более пяти тысяч человек, и молодому императору советовали в знак траура отменить все торжества. Слово свидетелю, великому князю Александру Михайловичу: «Мои братья не могли сдержать своего негодования, и все мы единодушно требовали немедленной отставки великого князя Сергея Александровича и прекращения коронационных торжеств. Произошла тяжелая сцена.

Старшее поколение великих князей всецело поддерживало московского генерал-губернатора. (т. е. того самого Сергея Александровича, виновника Ходынской катастрофы. – А. Б.). Мой брат, великий князь Николай Михайлович, ответил дельной и ясной речью. Он объяснил весь ужас создавшегося положения. Он вызвал образы французских королей, которые танцевали в Версальском парке, не обращая внимания на приближавшуюся бурю. Он взывал к доброму сердцу молодого императора.

– Помни, Ники, – начал он, глядя Николаю II прямо в глаза, – кровь этих пяти тысяч мужчин, женщин и детей останется неизгладимым пятном на твоем царствовании. Ты не в состоянии воскресить мертвых, но ты можешь проявить заботу об их семьях. Не давай повода твоим врагам говорить, что молодой царь пляшет, когда его погибших верноподданных везут в мертвецкую.

Вечером император Николай II присутствовал на большом балу, данном французским посланником. Сияющая улыбка на лице великого князя Сергея заставила иностранцев высказать предположение, что Романовы лишились рассудка…»

Так Николай начал свое царствование.

А закончил… По словам опять-таки одного из видных и убежденных монархистов – «отрекся от престола, будто эскадрон сдал»."

"Нужно еще заметить, что великий князь Александр и сам не всегда проявлял ту сострадательную рассудительность, к которой после Ходынки призывал родственника-царя. Однажды германский посол стал свидетелем сцены, когда Николай и означенный Александр (домашнее прозвище – Сандро) самозабвенно веселились, пытаясь спихнуть друг друга с узенького тесного дивана.

И все бы ничего, довольно безобидная забава – но она происходила вечером того дня, когда бомба террориста разнесла на кусочки великого князя Сергея…

Переедем теперь к родственникам Николая, к тому сборищу, что почтительно именовалось «домом Романовых».