Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Что это такое?! — Офелия пыталась перекричать рев дракона и грохот бури, но у неё плохо получалось.

— Ярость Северного Ветра, — с широкой, хищной улыбкой, прошептала Акена.

* * *Стоило Хаджару сделать шаг, как он тут же ощутил давление, схожее с тем, что он ощущал на лестнице в Башне Меча — святая святых клана Хищных Клинков.

Только если в альма-матер Анис и Тома, это давление являлось сосредоточием мистерий духа меча, собранных из Реки Мира, то в данном случае это было нечто иное.

Вовсе не мистерии или энергия, а, скорее воля.

Но даже самая сильная воля, которую испытывал Хаджар — воля Великих Героев, была способна достичь пика в виде довольно “увесистого” удара, но рассеяться уже меньше, чем через мгновение.

Белые, покошенные, древние каменные врата давили этой самой энергией с завидным постоянством. Единым потоком они обрушивали бесчисленные удары волы на душу Хаджара.

Любой смертный, находящийся на месте замершего Хаджара, мгновенно превратился бы в пыль. Да что там смертный — даже слабый истинный адепт, Небесный Солдат, оказался бы практически изувечен подобным давлением.

— Если это все, — Хаджар выставил перед собой клинок и сделал быстрый, секущий взмах. Следом за острием меча последовала синяя искра, которая вскоре превратилась в поток бушующего урагана, который буквально снес вставшее на пути Хаджара сопротивление. — ты врата Луны — лишь не более, чем детская сказка.

Хаджар сделал еще один шаг и едва было не упал на колени. Давление, которое он сломил меньше, чем секунду назад, вернулось с утроенной силой.

Воля, сосредоточенная пеленой посреди двух белых столпов, целым небом упала на плечи Хаджару. Они била его душу и энергетическое тело.

Хаджар сплюнул кровью и, краем уха, услышал отдаленные смешки стоявших по ту сторону учеников секты.

— Уходи, ученик Тирисфаля, — как через туман донесся голос Наставника Жао. — Лишь могущественный гений может по своей воле выйти через врата Луны. Но чтобы чужак вошел через них внутрь… У тебя не хватит сил.

Как и у принцессы. Вам нечего делать на нашей горе.

Сладкие слова. Слова, которым хотелось верить и которыми хотелось обмануться. Но Хаджар не мог себе этого позволить.

Морган сказал лишь что будет в случае, если пострадает Акена. Он никоим образом не затронул тему провала миссии. Но не нужно было быть “могущественным гением”, чтобы понять, что последует за этим.

— Я не… могу, — Хаджар сжал кулак расправленной ладони, застывшей в сантиметре над землей.