Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Ну что, мой дорогой соглядатай, я тут в туалет собрался, надеюсь, ты не оставишь меня одного в этот сложный час, а то я так привык к тебе, что уже боюсь расстаться даже на минуту…

— Санаду, ты ведь помнишь, что у нас сезон смерти, и я имею полное право тебя убить? — проскрежетал Келтар.

— На дуэли, мой сладкоголосый, на дуэли, — пропел Санаду. — Значит, я тоже могу тебя убить.

Я смотрела им вслед, а бархатная коробочка жгла руку.

Амулет абсолютного щита (если продолжу общаться с Санаду, если снова вернусь к обычным делам и службе, он может мне понадобиться) поддержать, если с магией станет хуже.

Но…

Это амулет дедушки.

Может, Санаду пошутил, это просто амулет абсолютного щита? Или…

«Хватит!» — архивампиры были уже достаточно далеко, чтобы Санаду не ощутил моего слабого колдовства. Я распахнула крышечку. Мне даже проверять не надо было, я узнала эту серебряную подвеску, её замысловатый на первый взгляд бессмысленный узор, но если посмотреть на него сбоку под углом сорок пять градусов — в переплетении линий отчётливо виден герб Сиринов: губы над опущенными перед ними мечами.

Я прикоснулась к ней магией — и ощутила такой знакомый отклик…

Плевать на всё, я выдернула подвеску из мягкого ложа и сунула в карман, а опустевшую бархатную коробочку смяла и спрятала в карман, чтобы потом уничтожить: мало ли какие заклинания на неё наложены, мало ли кто сможет считать с неё всполох моих эмоций.

Плевать кто что думает, амулеты мой дедушка делал прекрасные и надёжные, и если потребуется — я им воспользуюсь.

Решительно шагая к дворцу, я отмахнулась от мыслей и переживаний и почувствовала на себе взгляд. Резко вскинула голову. Со второго этажа дворца на меня кто-то смотрел, но слишком быстро отступил в тень.

У меня непроизвольно вылезла чешуя.

Глава 39

Как я относилась к сидящему в подвале человеку Тордосу?

Он раздражал меня тем, что раздражал Элора присутствием в сокровищнице.

Но в остальном я была к нему равнодушна.

Да, из-за него пострадало множество существ, одарённые — наш щит и меч в предстоящей войне, но Тордос не единственный, кто не нашёл мужества противостоять Культу, кто ради семьи согласился на преступление.

Поэтому когда я входила в полумрак пустующей сокровищницы, для меня Тордос был просто очередным свидетелем-преступником по делу о культе Бездны."

"Магическая сфера тускло горела над обитателем сокровищницы.