Рублевый передоз читать онлайн

Знаешь ли ты, что нам с подполковником Бессмертновым пришлось проводить интеллектуальную викторину для асоциальных элементов? А еще вести философские беседы с закоренелым уркой, десять лет зону топчущим, – перечислял Крячко.

– Ну, хоть один приятный момент в твоей поездке был? – сочувственно похлопывая Крячко по плечу, поинтересовался Лев.

– Был. Знакомство с моим зеркальным отражением, только званием чуть пониже. Андрей Бессмертнов, подполковник угрозыска, мировой мужик. Жаль, времени мало было. По соточке вдарить и то не успели.

– Стас, ты неисправим, – отсмеявшись, проговорил он. – В твоем возрасте о душе думать положено, а ты все о бабах.

– Бабы – двигатель прогресса, – нравоучительно изрек Крячко. – Не было бы баб, мы, мужики, зачахли б давно. А тут стараемся, пыжимся из последних сил, лишь бы женщине угодить.

– Не без этого, – признался Лев. – Так ведь это другое дело. Это жена.

– А что делать тому, кому не так подфартило в жизни? Бобылем всю жизнь прожить? Нет, друг Гуров, я пока в бобыли записываться погожу. Вдруг, да попадется среди множества женщин та, что одна и на всю жизнь? Вот как у вас с Машей.

– Давай оставим в покое мою семейную жизнь и обсудим дела насущные, – предложил Гуров, меняя тему.

– И каковы же они, эти твои насущные дела? – сникая, спросил Крячко.

– Работа у нас такая, полковник. Если уж довелось в угрозыске служить, будь готов и днем и ночью убийц обсуждать. Ситуация такова: как ты уже знаешь, у Штейна в квартире находилась шкатулка. После убийства она исчезла. Найти ее пока не удалось, зато о самой шкатулке собрано информации немало. Во-первых, ее подарила Штейну оперная певица Екатерина Круповицкая, еще в то время, когда была его любовницей.

– Оперная певица была любовницей Штейна? – Крячко аж на месте подскочил.

– Ничего там интересного нет. Двадцать пять лет прошло, и в данный момент совсем не актуально. А вот что актуально, так это то, что шкатулка была не простая. В ней имелся потайной ящичек, открыть который с наскока ни у кого не получилось бы, разве что у «медвежатника» со стажем. Но такой кадр на «мокруху» бы не подписался. С этим ты согласен?

– Разумеется.