Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Заведующая детским садом, злобная такая бабища, — как глянет, так сразу все грехи вспоминаешь! — младшему как-то раздобыла путёвку на лечение в туберкулёзный санаторий детский. А Вася мне не разрешил отправить. Заведующая на меня орала и младшего из садика выкинула. А Вася добрый…

«Беременность вторая. Тридцать девять — сорок недель. Роды на дому. Ущемление последа. Кровотечение в третьем периоде родов. Дефект последа…»

Записав протокол операции «Ручное отделение остатков», Татьяна Георгиевна расписала назначения и поставила размашистую подпись.

Принять душ, переодеться и на обход. А где чей Вася и почему бог, желая наказать женщину, лишает её остатков разума, — не её дело.

— Татьяна Георгиевна, вас зовут в приёмное. Женщина с улицы поступила. Необследованная. Подозрение на преждевременную отслойку плаценты.

В час дня Татьяна Георгиевна вышла из операционной.

В три снова туда вернулась. Полное предлежание плаценты. Планировали кесарить завтра. Вступила в роды.

Так что в операционную не просто отправились, а помчались галопом. Аллюр «три креста», блин!

В пять привезли ещё одну отслойку.

В семь — релапоротомия со второго этажа. Гематома послеоперационного шва. Кровотечение в брюшную полость.

В девять — в малой операционной первого этажа крованул поздний аборт.

В одиннадцать — экстренно кесарили женщину с анатомо-функциональной несостоятельностью рубца на матке.

В час ночи Татьяна Георгиевна вышла с Аркадием Петровичем перекурить.

Пока они вдыхали никотин пополам с морозными февральскими звёздами, на её законном месте припарковалась старенькая «БМВ» Маргариты Анд-реевны. Такая старенькая, что уже не хлам, а практически vintage[7]. Один шаг до antique.

— Тань, сейчас одна моя баба в роды вступила. Помнишь, краевое предлежание последа? В общем, она сюда едет. Ну и я, разумеется, приехала. Она с тобой на роды договаривалась. Это я так… Если ты забыла. Хорошо, что ты ещё домой не ушла.

— Да уж! Хорошо. Лучше не бывает! Хорошо, что у меня из живых сожителей только кактус — и тот на фотографии. — Татьяна Георгиевна плотнее закуталась в синий халат и сильно затянулась сигаретой. — Краевое предлежание? Даст бог, обойдёмся без операционной. Всё равно наборов не осталось.

— А у меня — медикаменты все на месяц вперёд исчерпаны, — спокойно констатировал Аркадий Петрович.

— Тань! Всё у нас нормально с медикаментами в отделении.