Птичий путь читать онлайн

По крайней мере, эффект тогда Сторчака поначалу изумил: распоясавшийся, дерзкий Чингиз, посмевший окрыситься на него, вновь превратился в робкого молодого специалиста-нефтяника, который даже назывался по-русски, Анатолием, чтобы не резать слух своим громким именем. И зачем-то подчеркивал свое пролетарское происхождение – дескать, со времен монголо-татарского нашествия все поколения его рода были московскими старьевщиками и дворниками.

С повинной Чингиз явился со всеми четырьмя женами и девятью детьми, которые едва влезли в лимузин, без охраны и даже водителя – сам сидел за рулем.

Сам Хан снял тюбетейку, подошел и склонил голову:

– Прости, ата! – И глаз не смел поднять. – Во имя Христа и Аллаха прости и не сердись! Я подлый шакал, посмел на тебя худое слово сказать. Будь я трижды проклят! Брось в меня камень!

И все его семейство заголосило хором.

"Умел просить прощение: вдруг с акцентом заговорил, тюбетейку надел, и обычаи вспомнил, и богов – вроде бы даже сам готов был пасть на колени и ноги целовать. В искренность и истинность чувств Хана Сторчак тогда не поверил: во всем проглядывала определенная театральность, нарочитый восточный обычай раскаяния, продемонстрированный с умыслом, дабы и повиниться, и одновременно за ширмой лицедейства сохранить лицо.

Столь внезапное его преображение Сторчак тогда с работой психолога не связывал, а решил, что Чингиз одумался после того, как началась у него полоса неудач: сначала на Балтике, у берегов Германии, потонул танкер с нефтью – Церковер все-таки накаркал. Случился разлив в открытом море, на ликвидацию последствий Хан изрядно потратился и потом еще штрафы платил.