Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Улица Стойкости, недалеко от пересечения с Симонова, там гаражный кооператив рядом…

Пытаясь мысленно нарисовать себе маршрут, Агата заметила, что не одна прислушивается к словам бармена.

Рядом стояла та самая бесовка с уродливым ребенком на руках и, кажется, тоже всё внимательно запоминала.

– Ты чего тут вынюхиваешь, падаль? А ну брысь, пока охрану не позвал, – замахнулся на нее бармен.

Женщина побледнела, а горб за ее спиной подозрительно зашевелился.

«Точно, у бесов же недоразвитые крылья за спиной», – вспомнила Агата.

– Простите, простите, – лебезила тем временем женщина. – Я уже уходила. Просто услышала «Паук». И вспомнила, мне говорили, что какой-то Паук берет низших на работу. Вот и думаю, может, о том и речь? Может, и мне сходить, местечко сыщется…

– Да кому такая падаль, как ты, нужна? Еще и с ублюдком на руках.

– Виктор не ублюдок. Он очень хороший мальчик. – Глаза ее расширились, выражение лица стало обиженным. Кажется, ей было совершенно все равно, что говорили про нее, но слова в адрес сына ее задевали.

Бармен сплюнул себе под ноги.

– Вы, бесы, такие жалкие. Ни магии, ни силы, ни способностей. Только и можете туда-сюда шнырять, сплетнями побираться. Толку от вас – ноль. Хуже людей, честное слово.

Женщина зажала ребенку уши и, насупившись, отошла в сторону, бубня себе под нос:

– Не слушай его, Витенька, ты у меня умничка. Ты вырастешь и еще покажешь всем этим высокомерным… Они еще в очередь будут становиться, чтобы просто с тобой поздороваться.

Агата проводила ее взглядом.

Жаль было бедняжку, но она даже денег не могла ей сейчас дать – почти всё, что она брала с собой, ушло на «взятку» бармену. Что ж, оставалось надеяться, что адрес Паука, который услышала молодая мать, ей не принесет еще больше неприятностей.

– Всё запомнили? – недовольно уточнил бармен, видя, что Агата все еще не уходит.

– Да, спасибо.

Задавать дополнительные вопросы было бы глупо, потому Агата вернулась за столик. К Розе уже вовсю подбивал клинья какой-то леший неприятной наружности, с огромной бородавкой на носу.

Сестра морщилась, но, как заметила Агата, от напитков с закусками не отказывалась. Судя по всему, деньги у «кавалера» водились, потому что стол ломился от угощений и алкоголя.

– А это Агата, – представила её Роза, переводя с себя внимание. – Между прочим, почти свободная девушка!

– Очень рад познакомиться, – нетрезво протянул леший и облизался. Бородавка дрогнула, будто живая. – Малышка, открой ротик.