Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Мне нужно прочитать лекцию о вреде алкоголя? – папа интересуется с иронией, но как будто прячет за ней собственное смятение, он ведь и правда не знает, как со мной общаться.

– Нет, пап, я все знаю. Я девочка-отличница, помнишь?

– Именно такие сильнее всего напиваются. Ладно, Кнопка, если надо будет забрать, звони, окей?

– Не переживай. Я с Яриком, все будет хорошо. Вадик и Антон тоже будут.

– Три богатыря, – хмыкает отец одобрительно, – тогда не волнуюсь.

Мгновение я молчу, пытаясь осознать, почему мне немного тревожно.

Потом спрашиваю:

– Пап, как все-таки вы договорились?

Он не торопится отвечать, но потом устало вздыхает:

– Да есть у меня один знакомый переговорщик. Которому очень приятно заниматься нашим разводом. Знаешь, кто такой медиатор?

Я хмурюсь, и Ярик на расстоянии зеркалит мою эмоцию. Я же в этот момент пытаюсь понять и принять это хитросплетение отношений наших родителей. Зачем нам вся эта история?

Говорю в трубку с неприкрытым удивлением:

– Серьезно? Шмелев-старший тебе помогает?

– Жень, слушай, это все очень сложно.

Когда эта ситуация окончательно уладится, я постараюсь все тебе объяснить, хорошо?

– Ладно. Тогда пока?

– Пока, – и он скидывает.

Я задумчиво смотрю на телефон в своей руке, потом на Яра. Почему-то думаю, что папа не спросил, какое место мы заняли. Улыбаюсь этой мысли – наконец-то мне не нужно рвать жилы, чтобы быть лучшей во всем. Достаточно быть собой.

Ярик выходит ко мне, и я прислоняюсь щекой к его груди, с облегчением вдыхая его запах. Так и стоим, даже не обнимаясь, а просто прильнув друг к другу, как два кусочка пазла.

– Все хорошо? – спрашивает мой Шмелев.

– Все хорошо, – отвечаю, имея в виду не только телефонный разговор.

Глава 54

ЯрикОткрываю глаза и потягиваюсь. Переворачиваюсь на живот, смотрю на солнце за окном. Хорошо. Берусь за телефон, но там пара каких-то левых поздравлений с днем рождения, а от Жени ничего. Странно, обычно она в это время уже встает. Шарю взглядом по полу в поисках одежды, но вчера Гольцман была у меня, все прибрала.

Улыбаюсь, вспоминая, как она ворчала и раскладывала все стопочками вокруг себя. Сидела на полу, поджав под себя ноги, а вокруг – мои шмотки. Все как в первый раз, вроде не так уж давно, но все совсем иначе. Женя другая. Более мягкая, менее зажатая. Не такая агрессивно высокомерная. Уже моя. Любимая.

И все-таки почему она мне еще не написала?

Вздохнув, нехотя вылезаю из постели и тащусь к шкафу. С трудом нахожу спортивные штаны и футболку.