Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Предъяви мы ему эту запись, на следующий день не будет ни записи, ни исполнителей, ни нас.

Он виновато посмотрел на меня.

Но мне было уже не до этого. Мозг сопоставлял. Разум отдельные части связывал воедино. Как в случае с математическими заданиями и сетью туннелей, я сейчас видел гораздо больше, чем обычно.

Итак, представим, что мэру города по какой-то причине нужно закрыть данж. Как это сделать? Массовая гибель? — в данжах такое бывает, как и массовые гибели скалолазов в горах. Но, что, если это будут школьники? Пусть уже и взрослые, после инициации, но ещё совсем юные? Вот тогда резонанс будет достаточный.

Не правда ли?

Для этого требуется лишь «самая малость» — не допустить выживших. Но что-то идёт не так, и некий Макс Грушин, а также некая Ника Смагина выживают. Эту досадную оплошность пытаются исправить, и приходят в больницу, где тоже терпят крах, потому что Макс Грушин внезапно оказался сильнее, чем просто инициированный школьник с нулевым рангом.

Тогда его пытаются подставить и обвинить во всех грехах, мол, это он и убил всех.

И данный ход практически получается. Если бы не уверенность следователей в его невиновности, он уже гнил бы в тюрьме без права обжалования.

Дальше происходит практически невероятное, и находится Рик, который может вызывать и допрашивать души умерших.

Внезапно погибает последний из тех, кто мог бы вывести на мэра. Это мне рассказал Миллер во время одной из встреч. А затем труп пропал. Почему пропал? Да всё просто, мэр узнал, что есть некий призрак, который может вызывать души.

И что он делает? Уничтожает тело, подговорив к этому судмедэксперта через посредников.

Что он делает после этого? Всё просто, он нанимает других людей, которым ставит целью — уничтожить Рика, чтобы тот никого уже не смог допросить. Что ж, логично и даже ожидаемо. Более того, практически выполнено. И, если в первый раз, эти двое заявившиеся в мою квартиру, просто не знали, что искать, то благодаря всё тому же судмедэксперту, они узнали про амулет.

Всё логично! Я потёр ладонями глаза и посмотрел на следователей.

В данном деле они мне не помощники. Не потому, что продались, а потому что полностью зависят от воли мэра. Тот чувствует себя маленьким божком, хотя и над ним кто-то стоит.

— Что-то придумал? — спросил меня Миллер.

Я покачал головой. Я не хотел ему говорить, что у меня осталось всего пара вопросов. Первый — нахрена мэр угробил два десятка новичков? Точнее, зачем ему понадобился этот данж. А второй вопрос — как теперь его достать.