Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Эдуард собирал армию таких масштабов, что даже длинные цепи тяжело нагруженных обозов не могли обеспечить ее всем необходимым. Теперь Джоан знала, как англичане собирались переправить грузы.

Наверное, всего горсточке людей были известны сведения, которые ей удалось добыть, и вскоре одним из них станет Роберт Брюс. Благодаря ей, Джоан.

Дело того стоило, сказала она себе. Но разгулявшиеся нервы, похоже, не слышали и никак не могли успокоиться. Пока она петляла по мрачным коридорам, возвращаясь к себе, ей повсюду мерещились зловещие тени, они отделялись от стен и набрасывались на нее.

Было далеко за полночь, почти все лампы уже погасили на ночь. Джоан торопливо сбегала по лестнице. Ей так отчаянно хотелось как можно скорее оказаться подальше от ужасной комнаты, где с ней чуть было не случилась беда, что ни о чем другом думать она не могла. На одной из узких ступенек она неловко поставила ногу и поскользнулась. Каменные ступени, стертые бесчисленными шагами, стали скользкими.

Джоан обнаружила это слишком поздно, когда потеряла равновесие.

Она пошатнулась, пытаясь удержаться на ногах, но больно подвернула лодыжку и упала. Джоан пролетела последний виток круговой лестницы и рухнула бы к подножию, где корчилась бы от боли, не подхвати ее кто-то в последний миг.

– Господи! Вы не пострадали?

Она была так ошеломлена, оказавшись вдруг в объятиях мужчины, что не сразу уловила смысл его слов… да и лицо его вначале показалось ей расплывчатым пятном.

Но когда она его разглядела…"

"Господь всемогущий! Сердце у нее словно перевернулось, жаркое волнение поднялось в груди, она и не думала, что такое еще возможно. Если бы Джоан все еще верила в прекрасных рыцарей, которые всегда приходят на помощь, то в этом мужчине она нашла бы живое воплощение своих грез. Золотисто-белокурые волосы сияли в мерцающем свете ламп. Пронзительно-синие глаза, удивительно ясные и яркие, будто искрились в полумраке. Красивое лицо с правильными чертами казалось бы мальчишеским, если б не чуть кривоватый, должно быть, сломанный когда-то нос и короткая, в четверть дюйма темная бородка.

Поджарая крепкая фигура выдавала в этом высоком, широкоплечем человеке воина, чье ремесло – меч. Он поймал ее с легкостью, как будто она ничего не весила, а руки, что ее держали, были большими и сильными.

Джоан узнала бы в незнакомце рыцаря, даже не будь на нем кольчуги и плаща.