Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Гости разбиваются на пары. Отец Конора танцует с племянницей, которой, судя по всему, не больше семи лет: она совсем невысокая, и ей приходится встать ему на ноги. Мы с Гарри тоже поднимаемся с места, танцуем и болтаем одновременно (или флиртуем… совсем немного…). На этот раз мы раскачиваемся в такт с остальными парами. Мои руки лежат у него на плечах, а его – у меня на талии. Как-то так… Он высокий, и мне приходится задирать голову, чтобы посмотреть ему в лицо: когда мы встречаемся взглядами, уголки его губ приподнимаются в полуулыбке, а глаза у него темные-темные, и у меня в животе порхают бабочки.

Дыхание Гарри касается моих щек, щекочет шею, а я сама едва могу сделать вдох. Я ощущаю каждое его прикосновение: его руки лежат на моей талии и жгут меня сквозь платье, а волосы на его затылке щекочут мне ладони. Я чувствую, что моя грудь прижимается к его груди, когда мы качаемся из стороны в сторону, а одна его нога у меня между бедер, и при каждом шаге мы соприкасаемся.

А еще острее я понимаю, что мне не хватает его прикосновений: другие части тела тоже хотят их ощутить.

И я нестерпимо хочу его поцеловать.

Я прижимаюсь к Гарри всем телом, немного изгибаю спину, чтобы утонуть в его объятиях, и одна его рука скользит по моей спине все ниже и ниже. Я слышу, как его дыхание становится прерывистым, но слышу едва-едва – в ушах у меня оглушительно бьется собственный пульс. Я поднимаю глаза, чтобы встретиться с ним взглядом, и кажется, что на это простое движение у меня уходит целая вечность; вот я смотрю куда-то через его плечо, на другие кружащиеся пары, – а вот мой взгляд уже упирается в его воротничок… Я смотрю на расстегнутый воротник рубашки (галстук теперь болтается свободно), потом поднимаюсь взглядом к его подбородку, где проступает еле заметный намек на щетину, затем к губам… и к глазам: они были почти серебристыми в лучах солнечного света, а теперь, в полутьме, кажутся темно-серыми, как налитые грозой тучи, и его взгляд пронзает меня насквозь, словно молния.

Все мое тело покалывает, словно током, и я снова разрешаю себе… разрешаю себе потеряться в этом чувстве, в том, как я хочу этого мужчину, и в том, как заряжен вокруг нас воздух, и…

Песня заканчивается, композиция сменяется – и вот мы разжимаем объятия.

Меня утаскивают девчонки, с которыми я познакомилась на девичнике. Они визжат: «Это наша песня!» – что-то из Queen, то, что мы голосили в тот день под конец вечеринки. Меня затягивает толпа, а Гарри исчезает в ярком водовороте подружек невесты.