Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Он удивленно моргнул.

– Да.

Это было сказано искренне. Что-то внутри меня растаяло, разлившись мягким теплом. Потянувшись, я поцеловала Беннетта в подбородок, чтобы скрыть, как на меня подействовали его слова.

– Хорошо.

Покрывая поцелуями его плечо, я счастливо застонала. Мне нравился его вкус, нравилось вдыхать его чистый полынный запах. Погрузив пальцы ему в волосы, я притянула Беннетта вниз, так что могла целовать и покусывать его подбородок, шею и плечи. Он держался очень тихо, нависая надо мной и не отвечая на поцелуи.

Какого черта?

Он набрал воздуха, чтобы заговорить, но затем снова закрыл рот. Каким-то образом я ухитрилась оторваться от него и выговорить:

– В чем дело?

– Я понимаю, что ты считаешь меня неисправимым бабником, но вообще-то это для меня важно.

– Что для тебя важно?

– Я хочу услышать, как ты это говоришь.

Я уставилась на него. Он пристально смотрел на меня, и его глаза наливались знакомой сердитой зеленью. Мысленно промотав в голове последние несколько минут, я попыталась понять, о чем он.

Ох.

– О да.

Его брови сошлись на переносице.

– «О да» что, мисс Миллс?

Меня обдало жаром. Сейчас его голос звучал по-другому. Жестко. Повелительно. И дьявольски сексуально.

– Да, ты далеко обставил их всех.

– Так-то лучше.

– По крайней мере, пока что.

Перекатившись по кровати, он взгромоздился на меня, сжав запястья моих рук и придавив к подушке над головой.

– Не дразни.

– Не дразни? Да ладно, – сказала я, судорожно дыша.

Его член прижался к моему бедру. Я хотела, чтобы он был выше. Чтобы он скользил во мне.

– Мы только и делаем, что дразним друг друга.

Как будто решив доказать, что это не так, он сжал член и ввел в меня, обвив мою ногу вокруг своего бедра. Не двигаясь, он смотрел на меня сверху вниз. Его губа чуть подергивалась.

– Прошу, двигайся, – прошептала я.

– Тебе бы этого хотелось?

– Да?

– А если я не буду?

Прикусив губу, я попыталась состроить гневную гримасу. Улыбнувшись, он хрипло выдохнул:

– Вот как надо дразнить.

– Пожалуйста!

Я попробовала двигать бедрами, но он повторял мои движения, так что трения не было.

– Хлоя, я никогда тебя не дразню. Я трахаю тебя до потери сознания.

Я рассмеялась. Он закрыл глаза, потому что при смехе мои мышцы сжались сильнее, плотней обхватывая его.

– Не то чтобы изначально ты была слишком сознательной, – сказал он, кусая меня в шею. – А теперь скажи мне, как тебе хорошо со мной.