Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Пока собрали прототип. В этом месяце его проверим, после чего будем устранять все неучтенные факторы.

— Много их будет?

— Да уж не мало, — грустно улыбнулся Королев. — Я не волшебник, а инженер.

— Нам достаточно лишь одного рабочего образца с дальностью в шесть тысяч километров и грузоподъемностью в одну тонну.

— Это уже фантастические показатели, — покачал он головой. — Ты еще скажи, что она должна в окно рейхстага попасть.

— Такая точность для ракеты подобной мощности не важна, — усмехнулся я шутке Сергей Палыча, — вы и сами это понимаете.

Но в квадрат с разбросом плюс-минус три километра она попасть обязана.

— С этим ты своего друга тереби, — отмахнулся Королев. — Он у нас специалист по автоматике. Она же и наводить ракету будет. А пока ничем новым обнадежить тебя не могу.

Я лишь кивнул, принимая его слова к сведению.

Война продолжалась, и на этот раз активизировались не только немцы. США сумели наладить логистику по доставке своих войск и вооружений на базы Чан Кайши и начали давить войска Мао.

Японцы тоже не сидели сложа руки, устроив операцию «божественный ветер». Сотни их летчиков самоубийц наведались на нашу военно-морскую базу во Владивостоке, фактически помножив почти на ноль Тихоокеанскую эскадру. После чего опять высадили войска на Сахалин. Но в этот раз не особо большие, так как Блюхер серьезно связал их силы в Корее. У гарнизона острова был шанс продержаться пару месяцев. Жаль, что ледоколов у нашей страны было мало. Однако они были, и один из них вел сразу семь кораблей из балтийского флота на восполнение потерь адмирала Кузнецова.

Но идти им предстояло не меньше тех самых двух месяцев.

До самого февраля никаких наступательных действий наша армия больше не вела. Через информбюро я вел активную пропаганду миролюбивости СССР, но при этом параллельно шла мысль, что мы готовы с оружием в руках отстаивать и свои интересы, и интересы союзников. Предыдущие победы подтверждали этот тезис, как и наше «стояние» на месте. Его тоже обуславливали не слабостью Красной Армии, а попыткой достучаться до неприятеля и объяснить, что все их потуги тщетны.

Вот здесь было сложнее. Если на подконтрольной нам территории и в союзных странах народ этим тезисам верил, то вот в той же Германии и у их соседей, входящих в альянс, наш призыв к миру вызывал лишь улыбку. Еще и Швеция с Швейцарией, присоединившиеся к британской коалиции, выделили по одной дивизии, которые были переправлены на северный фронт.