Позывной «Пантера» читать онлайн

Пантеру же не похоронили, а, выходит, закопали живым.

И Марк согласно своей натуре, приняв вину на себя, посчитал, что в тот раз бросил своего товарища, не настоял на своем, не остался сам прикрывать маленькую группу спецназа.

Он вылил остатки коньяка в стакан и выпил.

– Так, Лейла, давай работать. Давай, милая, определяйся, в разное время сделаны эти снимки или нет. Давай, моя хорошая. А я женюсь на тебе, дочь твою усыновлю.

– Удочерю, – машинально поправила женщина. «Что случилось с ним?» – думала она. Что таят в себе странные символы, которые изменили ее гостя? Они знакомы чуть больше двух часов, а такое чувство, что они – старые знакомые.

Сидят рядом, обращаются друг к другу на «ты». Словом, ведут себя раскованно, свободно. Им нечего скрывать друг от друга: Сергей не пытался спрятать своего волнения; другое дело сама Лейла – она просто не могла унять дрожи, едва разговор зашел о Михаиле Бондареве, а потом о злополучных снимках. Зато дальше – обоюдное взаимопонимание."

"– Мы еще об одном не подумали, – нарушила она слегка затянувшуюся паузу.

Вынув из ящика стола несколько коллекционных календарей, принадлежащих дочери, продолжила: – Если в ФСБ или МВД и заинтересовались некими сообщениями о том, что в подвалах или погребах селений Северного Кавказа находят надписи на стенах, нарах или столбах – «П 1-4», то интерпретировали это в первом случае как понедельник, первое число четвертого месяца 1996 года. Понимаешь меня?

– Да, – кивнул Сергей.

Лейла взяла следующий календарь, просмотрела его и отложила в сторону, потом еще один.

– Или понедельник, первое апреля (четвертый месяц) 2002 года. Все пятницы – первая буква – в ближайшие годы отсутствовали. Пятница, 4 января – если читать наоборот – приходилась на 1999 и 2002 годы. Поскольку пленники часто писали день своего заточения, ближайшего освобождения и прочее.

– Ты не в календаре читай... – Марк никогда не опускался до позерства, и в этот раз не стал стучать себя в грудь, рванув ворот на рубашке. Не прозвучали слова о том, что Пантере нельзя было писать в местах заточения свое имя или кличку по двум причинам.

Первая: он до сей поры не назвал бандитам ни своего имени, ни должности, ни фамилии, про него боевики знали одно: он боец десантной группы. Вторая причина – все подозрительные надписи в помещениях часто уничтожались боевиками. А надпись «П 1-4» если и могла навести на подозрение, то ничего не объясняла.

На замечание Сергея Лейла покачала головой: «Я не понимаю тебя».