Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

"- Добрый вечер, уважаемые... - казалось, всё презрение мира сложилось в одно приветствие. - Представляю вам вашу одногрупницу, имя потом сами узнаете. Ни пить, ни есть, не калечить. Крайне не рекомендую доставать, девочка не стабильна. Учтите, ректор следит лично, любое проявление физического насилия, и вылет обеспечен. - многозначительный взгляд в мои умоляющие о пощаде глаза. - Пойдём, я провожу тебя до твоей комнаты.

Уперев взгляд в пол, я поплелась за главным комендантом и звон в ушах возобновился.

Наверное, усталость сказывается. А в помещении не прозвучало ни слова, что тоже напрягало.

Дорогу запоминала по шагам, смотреть в темноте куда-либо не имело смысла. Из общего зала вверх по лестнице, направо до конца, последняя дверь справа. Роза открыла дверь.

- Свет! - комната приобрела очертания.

Небольшая комната на одну персону, чёрный деревянный пол, белые стены и потолок. Большая резная кровать с очень мягким матрасом и бязевым бельём, тут я и поняла, что наглухо влюбилась.

Прикроватная тумбочка из красного дерева, небольшой шкаф со встроенным зеркалом, письменный стол, стул и плотные чёрные шторы на окне. Слева от двери возле шкафа находилась дверь в санузел. Душ, унитаз, раковина и зеркало, даже аккуратно сложенные полотенца имелись, и всякие пузырёчки с шампунями. И все как-то слишком чисто. Я бы даже сказала, стерильно. Ни пылинки.

- А кто здесь убирался?

Роза покачала головой.

- У каждого общежития есть хранитель, это его обязанности.

Ты голодна?

Подумав о еде желудок предательски заурчал. А я потупила глаза.

- Я даже не знаю сколько времени не ела. Но я боюсь туда идти...

- Они не тронут тебя, ну не должны, во всяком случае. - Обнадёжила. - Мойся, переодевайся и спускайся. Из общего зала налево, там столовая. Познакомлю тебя с хранителем. И да... Будь с этими нелюдями наглее. - Махнув кудряшками она вышла из комнаты.

Наглее?! Да у меня желудок переворачивается только от осознания, что мы в одном доме находимся.

Я глубоко вдохнула и направилась в душ, но не успела дойти. Я уставилась на собственное отражение, впервые увидев себя. На вид щуплая, мелкая, с большими каре-зелеными глазами, тонкими приподнятыми бровями, курносая. Губы сложились в жалкое подобие улыбки, чуть припухшие от покусывания. Взлохмаченные грязно-красные волосы свисали сосульками за плечами до самой талии. Жуть жуткая.

Душ сделал свое дело. Отмыл, отогрел, взбодрил и освежил.