Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Валет в два прыжка оказался впереди и замер, направив свет фонаря в густые заросли кустарника. В свете появился лежащий навзничь боец. В горле его торчал толстый обломок ветки, заострённый, как копьё. Ветку вонзили в шею с такой силой, что остриё пробило гортань. Он ещё был жив, хрипел, выпучив глаза, судорожно хватая воздух. Из раны толчками бил фонтанчик тёмной крови, обильно заливая грудь и траву вокруг.

— Ё* твою мать… — зло выдохнул Валет, побледнев. — Что за херня творится?

Он резко опустился на корточки рядом с бойцом.

Тот протянул к нему дрожащую, окровавленную руку, хватая воздух слабеющими пальцами, и что-то хрипло забулькал, пытаясь говорить, но вместо слов на губах пузырилась пена с кровью.

— Кто это сделал? Куда он ушёл⁈ — резко спросил Валет, но боец лишь мотал головой, хрипел и с каждым мгновением слабел всё сильнее.

— Чёрт, — процедил Валет, выпрямляясь и оглядываясь по сторонам. — Всем быть начеку! Здесь кто-то есть…

Охранники, настороженно поводя стволами, обступили его кольцом. Лес вокруг застыл в угрожающей тишине, и лишь редкие капли крови с мягким стуком падали на сырую траву, словно отсчитывая последние секунды чужой жизни.

— Что за нахер⁈ — зло оторопел Валет, лихорадочно водя стволом автомата по кустам, выхватывая из черноты поодаль силуэт человека, но в следующую секунду он исчез. — Эй, Рэмбо, мать твою! Выходи, бл*дь, поговорим!

Охранники рядом замерли, вцепились в автоматы, глаза от страха широко раскрыты.

— Вперёд, мать вашу! — заорал он, ткнув стволом в сторону тёмных зарослей, куда вела неясная кровавая дорожка.

— Чего встали-то⁈ Пошли, пошли!

Бойцы нехотя зашевелились, неуверенно переставляя ноги. Фонари нервно метались по кустам, деревьям, следы крови блестели в свете лучей, уходя в непроглядную чащу.

И вдруг оттуда, из темноты, раздалась короткая очередь — тра-та-та! — затем сдавленный, хриплый крик и сразу же испуганный возглас бойца:

— Сюда! Быстрее!

Валет сорвался вперёд, напролом через кусты, позабыв о всяком страхе. Сердце долбило молотом, ладони вспотели, скользя на рукоятке автомата.

Продираясь сквозь ветки, он резко остановился, вглядываясь в лучи фонарей, которые упёрлись в странную фигуру, будто вылезшую прямиком из могилы.

Перед ним стоял человек. Весь чёрный, в мокрой, прилипшей земле. Одежда в грязи, лицо покрыто кровью, вместо одного глаза — кровавое месиво. Второй глаз сверкал безумным огнём. В руке зажат обломок острой палки, как самодельное копьё, и человек молча, тяжело дышал, покачиваясь.