Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Не умничай давай! – пропыхтел мясник. – Приходил он в «Два петуха», пил сосновый эль и ел почки. Лита подала ему двойную порцию. – Последнее определенно сердило мужчину. – Можно подумать, я для того ей мясо вожу, чтобы синих кормить.

Местный паб «Два петуха» по обыкновению обслуживал приезжих, так как на втором этаже его находилась гостиница. Путь Элейн был недолог, и вот она оказалась у невысокого здания постоялого двора.

Душа ее металась: действительно ли она была способна на убийство?

То, насколько легко Элейн рассказывали об этом светловолосом военном, ясно говорило о нелюбви и недоверии к его народу.

Слишком много оставалось в живых людей, потерявших на войне с карнаби родных и близких.

Хозяин паба и гостиницы безо всяких вопросов указал комнату, в которой остановился молодой мужчина, и добавил, что тот сейчас отсутствовал.

Элейн кивнула и пошла к лестнице. Никто ее не остановил.

Дверь в комнату была заперта, но, без сомнений, ключ имелся у горничных. Элейн двигалась неторопливо, но уверенно, сердце билось часто и громко, а в голове была странная пустота.

Она нашла помещение, в котором отдыхали девочки-служанки. Прежде чем войти к ним, Элейн достала из незамысловатой прически ленту и запрятала в рукав платья. Затем вошла к горничным и попросила открыть номер.

– Этот карнаби взял мою ленту, я хочу ее забрать, – пояснила она, изобразив тревогу на лице, и девушки ахнули.

Такой жест со стороны молодого человека заявлял о намерении начать ухаживания.

Если бы речь шла о местном, Элейн едва ли стали бы помогать. Чего ж страшного, если молодой человек захотел поухаживать за девицей? Но тут речь шла о карнаби.

Одна из горничных решительно встала и жестом велела идти за ней.

– Можешь оставить меня здесь? – прошептала Элейн, когда нужная дверь была открыта. – Ленту надо еще отыскать.

Девушка неуверенно пожевала губу, а затем кивнула в ответ.

– На всякий случай закрой дверь. Вдруг он вернется, – сказала Элейн.

– Но как ты выйдешь?

– Придумаю что-нибудь.

Покачав головой, служанка закрыла комнату. Узнай кто-то, что дочь главы клана как воровка проникла в комнату к незнакомому мужчине, ее ждало бы суровое наказание. Но, увы, клана уже не было, как и тех, кто мог волноваться о судьбе Элейн.

Чуть осмотревшись, она увидела глиняный чайничек на столе у окна и, убедившись, что тот был пуст, вылила в него отвар пижмы."

"В коридоре послышались шаги. Элейн замерла.