Попытка – не пытка читать онлайн

– И ваша официальная история утверждает, что с 1932 по 1933 год голод унес жизни нескольких миллионов человек, а точнее… – Он посмотрел на какую-то запись и назвал цифру, которую я собственноручно скачала ему с какого-то исторического сайта.

– Так пишут средства массовой информации.

– И что, этим данным серьезные люди доверяют?

Я развела руками:

– Кто-то верит, кто-то нет. А что было на самом деле?

– На самом деле число жертв преувеличено, – отрезал он.

В этот момент зазвонил телефон, и после недолгого разговора в кабинет принесли фотографии.

Напечатанные на больших листах, они выглядели очень даже профессионально. Я подумала, что могу гордиться собой как фоторепортер, и с нетерпением стала ждать реакции Сталина на увиденное.

Сначала он быстро пролистал их, останавливаясь на каждом снимке не более секунды, а потом решил перейти к детальному разбору моих трудов праведных.

– Это здесь зачем? – спросил он, поворачивая ко мне изображение храма Христа Спасителя.

Я не могла сдержать злорадной усмешки:

– А это, Иосиф Виссарионович, Дворец Советов.

Точнее, то, что сейчас стоит на его месте. Присмотритесь, ведь это не тот храм, который взорвали в 1931 году.

Он, видимо, глазам не мог поверить и сказал:

– Но там уже заложен фундамент и идет активное строительство.

– Да, фундамент есть. Но когда начнется война, все, что успеют построить… А надо сказать, что построят очень мало… Так вот, весь металлический каркас пойдет на нужды военной промышленности. Останется котлован. В шестидесятые годы его используют для открытого бассейна.

А в девяностые заново возведут храм. Кстати, он будет с подземной парковкой, то есть гаражами.

– Храм с подземными гаражами? – Сталин еще раз удивленно посмотрел на фотографию и отложил ее в сторону. – Так, разобрались с этим. А все это тоже восстановили? – он показал мне угол возле Исторического музея.

– Да. Причем должна сказать, что процесс восстановления и реставрации церквей идет по всей стране вот уже много лет. И народ, кстати сказать, очень даже рад.

– Допустим. А это чей памятник? – он повернул ко мне Жукова на коне."

"В этот момент, видимо, после стресса, который я испытала, настучав на своих предков, мне неожиданно стало как-то весело. Поэтому я перестала себя сдерживать и сказала:

– А это «маршал победы» Георгий Константинович Жуков. Именно он примет в 1945 году капитуляцию фашистской Германии. Ну а все ваши памятники, уж извините, разрушили до основания. Остался только один. Надгробный.