Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов 2 читать онлайн

Пока один из самых смелых не вопрошает громко:

– А они собираются в ловушки попадать или нет?

Взгляды зрителей устремляются к расположившейся на возвышении королеве.

– Если они не попадают в ловушки, я не могу заставить их делать это, – величественно напоминает она.

– Так, может, добавим ловушек? – робко предлагает кто-то из зрителей, и предложение встречают довольным гулом.

– Лабиринт сам создаёт ловушки, – произносит королева.

Только подданные уже взбудоражены.

– Но если они гармоничные и принимают себя…

– …и если сильны общностью…

– …благоразумны…

– …для таких лабиринт не станет по-настоящему страшным, и мы останемся без развлечения.

– Нечестно, если они легко пройдут испытание!

– Да, мы хотим зрелищ!

– Драмы!

– Борьбы за выживание!

– Страсти!

– Насыпьте им ловушек побольше!

– Пусть страдают!

– Воплотите их самые-самые глубокие страхи!

– Добавьте боли!

– Испытайте смертью!

Предложения воодушевлённых дану начинают сыпаться так часто, что их становится невозможно разобрать.

***

Я ничего не имею против лесов.

И ночных лесов в том числе. Но по ощущениям мы здесь бродим (слава вампирской выносливости!) часов так восемь, а из достопримечательностей только поляна с говорящими грибочками, поляна с говорящими камнями, поляна с говорящей лужей, поляна с говорящими ягодами, поляна с говорящими цветочками… как-то не воодушевляет.

Не знай я наверняка, что ничего здесь не употребляла, решила бы, что опять чайку Антония попила. Но, может, тут воздух подобным эффектом обладает? Иначе с чего бы здесь быть всяким разговаривающим представителям неживой природы? Впрочем, возможно, эволюция пошла здесь по иному пути? Может, все они говорящие грибочки, даже Антоний?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вероятность попадания в мир говорящих грибов мы с Санаду как раз обсуждаем, когда из-за деревьев доносится крик.

Женский.

Истошный.

Санаду крепче сжимает мою ладонь и заводит меня за дерево, из-за которого мы выглядываем посмотреть в направлении раздавшегося крика.

– Это Мара? – шепчу я.

– Не уверен, – Санаду прижимает меня к стволу дерева, закрывает собой.

Наконец между деревьев показывается женская фигурка. Полупрозрачная. Мара. Она бежит, забрызгивая дорожку призрачной кровью, а следом за ней между деревьев ломится вполне себе реальный каменный голем в четыре метра ростом. Замшелые валуны его тела перекатываются, шуршат, стукаются друг о друга, врезаются в землю.